Шанакарт. Тайны Сумрака

Люцианель занял своё законное место за письменным столом, что сразу придало его виду серьёзности. Чтобы занять себя чем-то, он принялся аккуратно собирать раскиданные расчёты и договора в ровную пухлую стопку. Вместе с бумагами собирались и мысли, скомканность встречи отвлекла полуэльфа от одного немаловажного обстоятельства.

— А как вы попали сюда?

— Маленькие наёмничьи хитрости.

— Но у меня самая совершенная охранная система. Заклинания совсем свежие, разработаны всего лишь неделю назад.

— Мне довольно часто и хорошо платят за умение проникнуть в недосягаемые места.

Кроме того, совершенства в этом мире не существует, увы. И не нужно так бледнеть, ваша сокровищница по-прежнему под вашей чудодейственной защитой.

— Вы демон.

Шерри рассмеялся.

— Я просто мастер своего дела. И раз уж речь зашла о делах, к ним давайте и вернёмся. Что вы нашли, Сурриаль?

Ювелир потянулся к ящику и вытащил на свет своей закатной лампы бархатную коробочку, раскрыл и жестом, не лишённым самолюбования, развернул к гостю.

На чёрной атласной подушечке внутри всеми цветами радуги вспыхнули россыпи камней на металле. Люцианель торжественно презентовал:

— Брошь, работа арши. Бриллианты мельчайшей огранки, идеального качества. Цвет, чистота — эталонные. А само тело… Вы не поверите!

— Платина, знаю, — прервал равнодушно Шерри поток словесного вдохновения ювелира и взял в руки брошь, аккуратно отсоединив её от подушечки. — Отличительная привилегия аристократии арши.

Сурриаль следил, как тонкая рука в чёрной облегающей перчатке ласково скользит по сверкающей поверхности.

На миг ему даже почудилось, что под этими почти родственными прикосновениями камни заиграли как-то по-особенному, голубоватым живым светом. Но, конечно, только почудилось.

— Мне не доводилось раньше держать в руках вещи из этого металла. Удивительное чувство, совсем иная плотность.

— Не доводилось, потому что они не покидают границы Шанакарта без хозяев, — ответил Шерри, рассматривая вещицу, словно заново узнавая её.

— Как правило. Тем интереснее, кто вам её принёс.

Блондин перевёл испытующий взгляд на собеседника.

Люцианель себя почувствовал неуютно, как на допросе, а изощрённым орудием пытки стали именно эти глаза, будто вырезанные из зелёного камня спокойствия, с прожилками ледяной настойчивости и неугасаемой иронии. Чёрный круглый зрачок казался непреклонной точкой, которую он, несомненно, поставит сам в разговоре.