Шанакарт. Тайны Сумрака

Альшер был её любимым рассказчиком. Не терпя скуки и празднуя страстность жизни, он преподносил её и в рассказы. Иногда они были весёлыми, иногда грустными, иногда опасными, но никогда — скучными. Она смеялась и корила его безрассудства, зная, что на его месте жила бы так же.

Когда он закончил свой рассказ всё теми же предположениями, которые высказывал и Эжену, Иллиабель вздохнула, допивая остывший чай.

— Ты говоришь, эта девочка владеет мечом?

— Скорее, держит в руках.

— И это говорит лучший мечник Шанакарта! Значит, девчонка не так плоха, — усмехнулась принцесса.

— Ты ещё даже не видела её. Откуда такие выводы?

— Много ли ты сам видел человеческих детей, которым бы повелители арши дарили фамильные ценности? Это всё подозрительно. Кроме того, — она встала с подоконника и заходила по комнате, медленно и размеренно. — я раскладывала свои карты. Они предрекли мне появление в Замке Королевы Мечей, которая окажется для нас весьма опасной, если мы не склоним её на нашу сторону.

— Твои карты…

— Да, мои карты.

— Потому что ты истолковываешь их постфактум!

— Альшер, я ведь предупреждала!

— Молчу, — покаянно склонил он голову. — Так что сказали карты?

— Я уже говорила. Нам нужно заручиться её доверием.

— В образе наёмника мне это уже почти удалось.

— Значит, в образе принца это тоже не составит труда для тебя.

— А вы, мадам, интриганка!

— Не обзывай мать, скверный мальчишка! — польщено хмыкнула Иллиабель. — Планы Шейлирриана не сулят нам ничего хорошего, какими бы они ни были.

— А ты решительно настроена.

— Более чем, — она остановилась перед окном и сложила на груди руки. Фиалковые глаза потемнели. — Мне нужно, чтобы ты достал мне брошь Эллисандра, которую у неё нашли.

— Она сейчас у Шейлирриана. Он едва не молится на неё.

— Всё равно.

— Зачем тебе? Сентиментальные воспоминания?

— Нет, — улыбнулась арши. — Я же демон Смерти, я почувствую, если он мёртв.

— Жаль, что твоё слово в этом вопросе мало ценится из-за отца.

— А я и не собираюсь делиться своими открытиями с Советом. Принесёшь?

— Разумеется. А что, если он жив?

— Это маловероятно.

— Но ты сомневаешься, раз просишь брошь, — прищурил Альшер хризолитовые глаза.

Иллиабель помолчала, собираясь с мыслями. Ответить было сложно, так как два противоположных желания разрывали её сердце на части.