Во имя Камелота

Подумав, что бояться темноты нечего, а до дверей с драконом рукой подать, она шаг за шагом продвигалась по коридору. Стоило признать, сейчас он все же казался пугающим, и каждая мелькнувшая тень заставляла волноваться.

«Так, тебе нужно всего лишь пройти еще двадцать метров и завернуть за угол», — успокаивала она себя.

Дойдя почти до конца коридора, она резко остановилась, услышав голоса. Один из них казался таким знакомым, что сил сдержаться не было — она снова подслушает разговор.

— Гавейн, — в этом имени, произнесенном женщиной, было столько чувства.

— Брианна.

Трине почудилось, что он вздохнул. Сама же она чуть не охнула от досады. Она пришла в замок, чтобы сбежать от парочек, пира и придворных леди, а наткнулась на двух людей, которых хотела бы видеть и слышать меньше всего. Тем более, слышать то, о чем они говорили сейчас.

— Брианна, я хочу поговорить с тобой. Я должен был давно это сделать, — на удивление нежный тон, который при этом был решительным.

— О, я знаю, — в голосе Брианны послышалось воодушевление, надежда. — Я знаю. Я так ждала этого дня! Я понимаю, что ты не хотел задеть Персиваля, но я давно поняла, что…

— Брианна, — он твердо оборвал ее. — Ты должна знать кое-что. Прошу, дай мне сказать и, что бы я ни сказал, знай, что мое уважение к тебе безгранично, и ты дорога мне.

Брианна смолкла.

Сама она его слушать не хотела. Наверное, ей придется зайти в библиотеку в другой раз, а сейчас стоит отправиться в свою комнату. Она развернулась было, чтобы уйти, как следующие слова рыцаря заставили ее застыть на месте, повергнув в шок.

— Брианна, я поспорил на тебя.

В этих словах не было сожаления – просто факт, который Гавейн, видимо, по соображениям чести, считал нужным озвучить.

Любопытство захлестнуло Трину, и она решилась сделать несколько осторожных шагов в сторону говоривших и даже выглянуть из-за угла, чтобы увидеть эмоции на их лицах.

Однако эмоции Гавейна разглядеть было невозможно: он стоял спиной к Трине. А леди Брианна… Она была слишком сосредоточена на объекте своей любви и его словах, чтобы заметить девушку, следящую за ними. На лице Брианны, освещенном одним из редких факелов, читалось непонимание, изумление, недоверие...