Во имя Камелота

Он заявил, что не хочет жить наследным принцем в замке отца, рожден быть воином, и для него будет честью служить великому молодому королю, который стремится изменить этот мир.

Трина была впечатлена. Не столько поступком Гавейна, сколько той репутацией, которую успел завоевать Артур в свои юные годы.

— Артур действительно великий король, если вызывает такую преданность, — произнесла она, и Мерлин согласно кивнул.

И все же, в своей саркастической манере, протянул:

— Хочешь сказать, поступок Гавейна тебя не удивляет и не трогает?

Трина не видела смысла лгать.

— Не буду скрывать, я удивлена и не ожидала такого. Вот уж не думала, что он наследный принц.

Мерлин фыркнул:

— Поверь, никто, глядя на Гавейна, так не думает.

Услышав это, леди Брианна насупилась и бросила на Мерлина слегка негодующий взгляд.

— Но вы же не можете говорить в таком тоне о принце, лорд Мерлин!

— Не в моих правилах скрывать свои истинные мысли, леди Брианна, — пожал плечами маг.

Пока длилась беседа, герольд успел представить всех оставшихся рыцарей и официально объявить начало турнира.

Сначала на арене появился Борс. Он с легкостью одолел противника на копьях, но, спешившись, в бою на мечах немного уступал. В конце концов не без труда он одержал победу в своем поединке. Затем настала очередь Гарета и Галахада. Волею жеребьевки они должны были сражаться друг с другом.

Персивалю в соперники достался юркий юноша, которого совсем не смущала исполинская фигура рыцаря Камелота. Юноша проиграл на копьях, но ловко орудовал мечом, заставив Персиваля попотеть, прежде чем победить.

— В этом турнире что, всегда побеждают рыцари Артура? — пробурчала Трина скучающе, и Мерлин слегка подтолкнул ее локтем, глазами указывая на короля.

«Черт бы меня побрал, — отругала себя мысленно, — если я хочу войти в доверие к королю, я должна болеть за его рыцарей, а не считать, что их победы предсказуемы и скучны».

Впрочем, скучным турнир совсем нельзя было назвать. Трина никогда в жизни не видела такого и, конечно, больше никогда не увидит. Поединки на мечах были особенно завораживающими. Пару рыцарей даже ушли с поля с ранами, при этом почти на всех оставались синяки и ссадины. Все же турнир не был тренировкой.