Зеркало сновидений

- Король Бен-Хевлет? - восклицает тот, кто снится.

Мертвенно-бледные губы беззвучно шевелятся, но мне и не нужно ответа. Так вот где был обречён окончить свои дни правитель, "бесследно пропавший в пустыне", как было сказано народу. Он был замурован в камере прямо за спинкой трона Эль-Мари, чтобы голод и жажда постепенно отняли у него жизнь. И, хотя стена была достаточно тонкой, он ни разу не закричал, не позвал на помощь: он был согласен на любую смерть рядом с той, которая когда-то любила его.

Тот, кто снится, считает, что замуровала его жестокая Эль-Мари, решившая найти себе нового "избранника богов"; но я-то знаю, что король Бен-Хевлет.

Эл - та знала наверняка.

И я прикасаюсь к руке, похожей на кожаный мешок с костями, и всматриваюсь в помутневшие глаза, из которых даже близкая смерть не могла стереть то последнее, что Бен-Хевлет хотел сказать своей жрице: "Любовь моя, я всегда.

Я рванулся вперёд так резко, что чуть не вывихнул шею. Моё сердце колотилось так, что весь дом должен был проснуться на грохот.

Что мне там говорил Гипнос? Могу отделаться сильно стучащим сердцем? Он не предупреждал, что грудная клетка может разлететься, как стеклянная.

Но любые свои претензии я предъявлю ему потом - во-первых, потому, что найти его можно лишь во сне, а возвращаться туда я ни в коем разе не собираюсь. Да и кроме того, в тот момент меня волновало совсем другое.

Более тяжёлые последствия, о которых предупреждал Гипнос.

Выскочив из кровати, я схватил мобильник; ненароком смахнул что-то со стола, как показалось по звуку - что-то бьющееся, но почти не обратил внимания. Мои пальцы тряслись так, что набрать правильный номер удалось не сразу.

Гудки. Каждый гудок отнимает у меня пару лет жизни, как минимум.

И затем - голос Эл; такой злой, что даже не кажется заспанным:

- Ты что, с ума что ли сошёл вообще? Чего тебе приспичило в пять часов утра? Мог бы хотя бы дать сон досмотреть.

Нет, милая, не мог. И твой голос, в котором сквозит желание меня убить наиболее циничным способом, мне дороже любого ласкового шёпота, который я от тебя слышал. Самое главное, что ты сейчас сидишь на кровати в ночной рубашке и ругаешь меня последними словами, а не смотришь в горящие голубые глаза ледяного дракона.

Не отвечая ничего, даже не выключая мобильник, я опустился прямо на пол, словно мои ноги растаяли подо мной.