Белая Пташка

Она пропала окончательно и бесповоротно — Чтец был огнём, а она мотыльком. И сколько бы опасности не таило приближение, она знала, что не устоит.

Но где-то далеко, в бездонной глубине его глаз, Корнелия увидела нечто, что совсем не ожидала увидеть — тоску. Тоску, долг и груз ответственности. Одиночество, но и надежду. Надежду на лучшее будущее.

— Не бойтесь. Не бойтесь меня.

Чтец отстранился и кожу словно обожгло огнём. Корнелия отчаянно хотела поднять руку вслед за ним, коснуться. Ощутить его тепло, но не посмела.

«Что же он за человек?»

Спустя короткое время экипаж въехал в Город и Чтец, а затем и Корнелия, встали, чтобы приветствовать сограждан. Народ, не смотря на ранний час, вышел на улицу, дабы поздравить, но больше поглазеть на будущего короля и королеву.

Вокруг раздавались приветственные возгласы, люди махали руками, кидали под колеса кареты цветы. Некоторые пытались коснуться до проезжавшего экипажа или лошадей, упряжи, но королевская стража была наготове, охлаждая особенно прытких.

Корнелия с теплом отвечала на улыбки, несколько обескураженная подобным приёмом. Кажется, все вокруг чувствовали — грядут перемены. Чтец с поистине королевским достоинством приветствовал народ, его улыбка была широкой и искренней. Он выглядел, как истинный король, словно всю свою жизнь провёл во дворце. Как будто это он, а не Корнелия обучался тонкостям дворцовой жизни, этикету и протоколу. Как будто это он наследник престола. Он, а не Корнелия.

Ей самой эта наука давалась нелегко, у Чтеца всё выходило так естественно, непринуждённо.

«Что же он за человек?»

Глава 4. Пир

«На людном пиру, где считается необходимым,

жена, аль девица, садиться по левую руку мужа или отца своего.

Вид и лицо своё надобно держать строго и отстранённо,

чтобы никто не сказал мужу или отцу твоему:

се девица или жена твоя, возбуждает лицом своим в нас

нечестивые мысли.

Высеки её».

Свод правил для добропорядочной девицы и всякой женщины,

составленный Служителем Первых, для назидания.

Церемония и последующая за ней поездка по Городу порядком утомили Корнелию. Слишком много нового, слишком много нужно обдумать. К тому же, она не привыкла так долго быть на людях. Следить так долго за каждым своим движением, взглядом и вздохом — мучительно тяжело.

Потому, когда экипаж наконец, подъехал к Дворцу, Корнелия испытала радость — конец испытанию близится. Пир после церемонии бракосочетаниясамая неофициальная часть этого официального действия.