Змеиный брод

Она понизила голос до шёпота, и Дана опустила веки, представляя, как шагает по высокой траве к излучине.

Змеиным бродом называли мелководье на дальней протоке — там и впрямь водились узорчатые полозы, которых ловили мальчишки. Гадюки рыскали повыше, на каменистых тропах.

За протокой стоял дом. Косой, приземистый. Его вылепил из глины безумный ургэм — травник, которого прогнали степняки. За что — никто из городских не знал. Никому не было дела. Построил хижину — и умер, никто не пришёл, чтобы сжечь мертвеца и отпустить на небо.

..

А в роду Чертополоха, у господина Влада́на Ка́рду родилась дочь — Вилетта. Старшая из трёх детей, она выросла дикой и нелюдимой. Дурной, как говорили.

Дом Карду уважали в Дюжине. Все знали, что у них в служении находятся духи — от самых безобидных до опасных. Правда, никто не знал, как их подчиняют: каждая Ветвь берегла свои тайны...

— С тех пор ничего не изменилось, — вставила Дана в рассказ сестры, которую не зря в семье прозвали «маленькой старушкой»: она умела говорить так складно и серьёзно, что взрослые диву давались.

И дар Боярышника у неё был самым сильным: Агния не просто заговаривала кровь, но и говорила с ней, видя прошлое и будущее.

— Угум. Выходи замуж за Марка, он тебе расскажет.

Дана протянула руку и ущипнула сестру за плечо.

— Ай! За что?

— Тише! Яську разбудишь. — Она уткнулась лицом в подушку, спрятав улыбку. Пятнадцатилетний Марк нравился Дане, но зловещая власть Карду оплетала корнями весь город.

— Говорили, — продолжила Агния шёпотом, — что после призыва сущностей их заключают в украшения или другие безделицы, которым нет цены.

Но Вилетта пошла дальше: не захотела выходить замуж за наследника Зверобоя и убила жениха его же кинжалом — при помощи дара. Её судили всей Дюжиной. Владан подкупил многих, и Вилетту не казнили. Выгнали из города — как того ургэма — с одним условием: не возвращаться.

Отшельница поселилась в старом доме за протокой. Начала водить дружбу со степняками. Оживлять самодельные чучела из костей и глины. Однажды она спустилась в Нам-дор, чтобы найти самого сильного духа.

..

— Неправда, — фыркнула Дана, перебив сестру. — Оттуда не возвращаются.

— А она вернулась! — Агния ударила кулаком по одеялу. — Твоя история или моя?

— Ну хорошо. Для чего ей этот «самый» дух?

— Для оживления улгана. Чудовища из глины, похожего на человека. Вилетте было одиноко, и она решила создать помощника. Но дух из другого мира не может заменить человеческую душу. Улган родился жестоким и уродливым.