Ель

Погода резко испортилась, пошли обложные дожди, и земля размякла. Я выходила под ливень, чтобы напитаться влагой, и стала замечать в земле длинные раздвоенные следы. А за деревьями мне стал мерещиться высокий силуэт в плаще, с козьим черепом вместо головы, с ветвистыми оленьими рогами.

Меня пробирал озноб. Я привыкла к драконьим призракам, которые в последнее время регулярно наведывались по ночам в Скрытень-Лес, чтобы выследить моё убежище. До сих пор им не везло, черепа и огни на диво надёжно защищали избушку от чужого взгляда.

– Сова Филипповна, – как-то раз обратилась я к ней, – тебе не попадалось ничего странного?

– Что, например? – нахохлилась та, обсыхая на спинке кровати.

Я не знала, как сформулировать вопрос и не вызвать у совы подозрений насчёт моей вменяемости, поэтому озадаченно замолкала. А спозаранку за окном, в слабом бледном дожде, вновь мелькал тот самый силуэт.

Было жутко неуютно оттого, что за мной следят. Чувство уязвимости и неопределённости выводило меня из себя. Хотелось изменить расстановку сил и проследить самой, чтобы вернуть былую уверенность и из жертвы превратиться в того, кто не нуждается в защите.

Я пошла у желания на поводу.

Выдался выходной, так что времени на слежку у меня было завались. Напялив маскировочный балахон, я вышла за ограду под пасмурное небо, и козий череп в плаще сноровисто спрятался за деревом.

Превозмогая испуг, я обошла дерево кругом, но неприятеля там не было и в помине. Зато нашлись знакомые раздвоенные следы, совсем свежие. И вели они не куда-нибудь, а прямо к моей калитке, а оттуда – на крыльцо.

Приоткрыв входную дверь, я просунулась в проём: в прихожей преспокойно дрых Хрюнозай, было тихо и темно. Тогда я решилась на хитрость и крадучись обошла избушку, чтобы вглядеться в окно снаружи. То, что привиделось мне в комнате, заставило меня обмереть.

Там, в серости ненастного утра, в зеркало смотрелась… вторая Ель.

У неё были такие же непослушные волосы оттенка еловой коры, зелёные глаза, нос и рот. У неё имелись наросты на ногах – мои наросты, плод трансформаций. Она укололась о колючки, проведя рукой по голове. Моей рукой. По моей голове. Она расправила на себе платье из солнца и неба, которое сшили для меня Инычужи.

Хотелось закричать, но крик застрял в горле.