Ель

Верно, ни один нормальный человек, даже если он наполовину дерево, не поступает в академию ради встречи с лесным царём. Мне надо укрепиться. Я должна узнать, как противостоять дракону.

Потому что он вернётся за мной, точно вернётся. Он не из тех, кто складывает оружие после первой неудачи. А метка долго на руке не продержится. Интересно, какой у неё срок годности?

Я покрутила перед носом своё запястье, разглядывая защитный знак. Въелся в кожу намертво, и не похоже, что его хоть чем-то сведёшь, разве только какой-нибудь заумной магией.

Как бы проверить, работает он или нет?

Драконьих голов-соглядатаев ни вдали, ни поблизости не наблюдалось, но они и без метки не смогли бы ко мне подступиться: призраки никогда не причиняют физического вреда. Оставалось дождаться либо дракона, либо кого-нибудь из его прихвостней. По задумке, никто из них, даже если страстно возжелает, не сможет ко мне прикоснуться.

На ум пришло недавнее рукопожатие Араса – этот красавец точно не мог быть прихвостнем трёхглавого. Тепло от его руки, подобно метке, держалось на моей коже и не собиралось проходить.

А я не хотела от него избавляться.

Знаете, бывают проклятия, а бывают благословения. След пальцев Араса казался мне благословением. Ведь именно повстречав его, я сумела пробудить в себе дар и установить с природой связь. Было в этом что-то знаковое.

Ступив на знакомую территорию, где кряжистые сосны росли вперемешку со стройными берёзками, мои ноги понесли меня другой дорогой – не к избушке, а почему-то к Гиблым Топям.

Хижина Болотного Хмыря не пустовала. В этот час хозяин пил имбирный чай с пряниками, отворив нараспашку и дверь, и окна на радость комарью.

Впрочем, как и меня, Болотного Хмыря комары не донимали. Они просто вились над самоваром и тонко пищали.

– Пришла, Ель? Ну садись, присаживайся, – оживлённо прогудел капитан дальнего плавания. – Ох, постой-ка, что у тебя с платьем-то? – спохватился он.

Отставив чашку и отложив надкушенный пряник, Болотный Хмырь подбежал ко мне и согнулся в три погибели, чтобы рассмотреть подол.

Я чувствовала себя неловко перед этим великаном, которому вдруг вздумалось заняться житейскими мелочами вроде моей одёжки.

– Где ты умудрилась так его изодрать? – изумлялся меж тем он. – Слушай, да тут живого места нет. А платье, насколько я понимаю, шила Тенека. Она расстроится, если увидит тебя в этом безобразии.

Я испустила горький вздох и закатила глаза к потолку. Все, решительно все в Скрытень-Лесу боялись расстроить Тенеку.