Ель

У них своя загадочная жизнь, в которую нам, образованным, лучше не вмешиваться.

Миновала неделя-другая. Братство больше не заявляло о себе, и страсти с кровавой охотой мало-помалу улеглись. Теперь я уже одна, без Хрюнозая, бродила по лесу, выискивая таинственных обитателей чащи.

Я видела тени, шныряющие меж деревьев, и пыталась с ними пообщаться, чтобы выяснить, что гонит их прочь из ведьминой избушки на курьих ножках. Но они не отвечали и даже не останавливались. Я их не интересовала. А вот Инычужи – потенциальные сосуды для этих паразитов – интересовали их очень даже.

Однажды на моих глазах в тело одного из Инычужей заселилось сразу три тени. Кошмарное зрелище. Я бежала оттуда со всех ног и долго не могла прийти в себя.

В тот день над Скрытень-Лесом кружили птицы Нигахо, известные миротворцы в Мереже. Почти никто не появлялся на улицах, а те, кого застал полёт, благоговейно замирали, возведя глаза к небу.

Кикки успела заглянуть к нам с Хрюнозаем и теперь сидела на кухне за столом, лишённая всяких мыслей.

Она уместила подбородок на сложенных руках, прикрыла глаза и глубоко дышала, наслаждаясь спокойствием, которое дарил полёт птиц Нигахо.

Я как раз рассказывала ей о том, что видела в лесу, но была вынуждена прерваться из-за накатившей тишины. Скоро птицы улетят восвояси, и все наши печали вернутся к нам в целости и сохранности. А пока можно и помолчать.

Глава 25. Спецкурс с подвохом

– Тени подселились к нему прямо на моих глазах, – сказала я, когда птицы улетели прочь.

– Он утратил цвет и форму. У меня до сих пор мурашки.

– Представляю, – печально отозвалась Кикки. – Мне так жаль. И жаль вдвойне, что я до сих пор не смогла придумать ни одного путного способа, чтобы их изгнать. Мой парень, Нир… Я говорила, что мы встречаемся? Он тоже погрузился в тему. Он изучает физиологию пограничных тварей, и мы вместе работаем в лаборатории по вечерам. Но кажется, что, чем больше мы углубляемся в эту область, тем меньше остаётся внятных ответов.

Слишком всё туманно и непостижимо.

Я понимающе кивнула, и между нами повисла долгая пауза.

В моей душе царила гнетущая тишина, в голове – опасная пустота. Я не знала, что делать дальше. У меня словно вынули почву из-под ног, заменив её хрупким льдом: когда лёд проломится, неизвестно.

Мы по-прежнему ходили в академию, чтобы постигать азы волшебных наук, познавать себя и других.