Сердце истинного вампира

Кутили так, что на утро Катаржина проснулась, где-то в кустах без левой туфли, и так и не смогла ее найти.

Пришел Феликс, и, встав в дверях, и, жуя пирог с картошкой, тоже принялся поздравлять, краснеющую Агнешку. У него хотя бы подарка для нее не было.

Все, что-то обсуждали, смеялись. Игнат громко хохотал, развалившись на диване. Приперлась Виолетта и стала зазывать их пить чай. Они вели себя так, словно все было, как всегда, а на втором этаже в своей спальне не уходила медленно жизнь из отца.

Катаржине стало мерзко.

Прошла на веранду. Не заботясь о том, что кто-то может ее увидеть, скинула одежду, обернулась волком и прыгнула через перила в сад.

Катаржина неслась по парку, окружавшему дачу, и занимавшему не один гектар. Добравшись до моря, она обернулась в человека и прыгнула со скалы в бушующие волны. Вода была холодной, соленой, неистовой, готовой затянуть на глубину. Простой человек бы долго не выдержал и скоро бы пошел на дно, но оборотни были куда сильней и выносливей.

Она покачивалась на волнах, глядя на далекое белое пятно склепа матери и думала о том, что как же так? Если она ничего не сделает и не придумает, то еще до весны скорее всего, к матери присоединится отец и они вместе будут лежать, укрытые за мраморными стенами.

Выбравшись из воды, Катаржина немного посидела на черной гальке, прижав колени к груди и глядя на зеленые, покачивающиеся волны.

Обернувшись в волка, она понеслась вверх по холму, заросшему соснами и магнолиями.

На половине пути, она замерла, прижалась животом к земле, прислушиваясь к шагам и ловя, несомые ветром знакомые запахи. Впереди по небольшой площадке, выложенной каменными плитами, с мягко журчащим фонтаном по центру, бродили Агнешка и Феликс Дрозд.

– Хорошо, здесь все-таки, красиво, – говорил Феликс, оглядывая кусты, отцветающих роз – алых, желтых и белых, высаженных вокруг.

– Да, мне тоже здесь нравится, – пробормотала Агнешка.

– А воздух-то тут какой! И дышится как будто лучше.

Катаржину они не замечали. Ее серо-бурая шерсть сливалась с деревьями и землей. Она могла их обойти, или выпрыгнуть к ним, чтобы Дрозд охнул, а Агнешка завизжала, но ей стало интересно о чем они будут говорить.

К тому же, хотя Дрозд и был прославленным генералом, и близким приятелем Игната, Катаржина ему не доверяла. Агнешка была совсем одна с ним в зарослях парка. Все, что угодно могло произойти.

Она заползла под куст и легла, свернувшись клубком.

– Вы...