Феникс. Хозяйка огненных гор

Металл вытекал на землю! Тебе его все равно не жалко, так хоть потренируешься!

— Да ты, смотрю, само сострадание… — я, конечно, не особо полюбила драконов, но и мучить никого не хочу. Придется как-то самой справляться, а книге объявлять бойкот.

Надо срочно вспоминать любимые сериалы про медиков. Я задумчиво потерла лоб: надо расширить рану, чтобы кончик копья мог выйти. Значит, придётся использовать магию…

Подтянула рукава на локти, словно лично собиралась вытаскивать орудие. Посмотрев на рану, я мысленно начала ее растягивать, чуть качая копье.

Но на глубине тридцати сантиметров я поняла, что не права… Все копье было в узких клинках, которые торчали, как у ежа иголки.

— Так, стоп, значит это — механизм, если они выскочили, значит, их можно и убрать! — хлопнула я себя по лбу. Дракон застонал и, кажется, потерял сознание.

— Не безнадежна! — похвалила книга, а я, отмахнувшись от нее, взялась руками за кончик копья, запуская в него магию и давая приказ иглам втянуться.

Раздался мерзкий скрип, и я смогла вытащить его уже без особого труда, помогая себе магией.

Из раны хлынула кровь, дракон вздрогнул, меняясь, и возле меня уже лежал мужчина. Правда, без сознания…

— И что мне с ним делать? В доме точно нет места! И вообще, почему дом такой маленький, вот, даже его положить некуда!

— А потому что Хозяйки не о себе думали, а о мире! — возмутилась книга.

— А это запрещено — думать о себе? — склонила я голову, рассматривая мужчину.

Симпатичный, кстати…

Глава 5

Он застонал и открыл глаза, блин, лучше бы и не открывал.

Всегда нравились такие вот блондины с голубыми глазами - озерами… Но полюбила я брюнета Гришу — козла…

— Пациент скорее жив, чем мертв, — констатировала я. — Домой сам доберешься?

— Нет… Далеко, мало сил и магии, — застонал он, прикрывая свои глазищи.

— Ну, давай, попробую я, — вздохнула я, чувствуя, что очень устала.

— У вас не хватит магии, и не стоит так напрягаться в вашем положении… — он вздохнул. — Не гоните, оставьте здесь, отлежусь — улечу сам.

— Хорошо, — обрадовалась я и поспешила в дом. Но на пороге остановилась: ну не могу я так — бросать раненого, ночью, на улице. Вздохнув, отругала себя за излишнюю жалость, вернулась к мужчине.

— Встать сможете? — наклонилась к нему.

— Попробую… — мне кажется, в его голосе прозвучало облегчение.

Я подала ему руку, он с трудом сел, а потом начал вставать. Подставив ему плечо, повела в дом, заводя в спальню и укладывая на сено.