Раковина

Будем расходовать поцелуи экономно! Надо их беречь!

— Не возражаю, — со смехом отвечал Петрович, — ценю в женщинах разумность и рассудительность. Хотя непредсказуемость и взбалмошность красят их куда больше!

Так что целовались они только при прощании. Это был долгий поцелуй, в котором они выражали друг другу симпатию и благодарность за ещё один прекрасный вечер, подаренный им судьбой, или кем-то там сверху.

7

И вот наступило 27 июля. С утра светило солнце, а к вечеру набежали тучи. Обещали грозу и шквалистый ветер.

Людей на набережной совсем не было. И уже начинал накрапывать дождик.

Петрович и Кристина встретились на том же месте и в то же самое время. Две недели пролетели как один день. За это время они переговорили обо всём на свете, узнали друг про друга все маленькие и большие секретики. Им было приятно делиться своими тайнами. Петрович питал к Кристине вовсе не отеческие чувства. Ему нравилось прикасаться к ней, гладить по руке, целовать в щёчку. Так же его очень трогали нежные касания Кристины.

Ему нравился запах её волос, когда он целовал её в лобик, а она смеялась и говорила, что нечего у неё температуру проверять, как у ребёнка.

В этот вечер Петрович сразу почувствовал, что у Кристины какие-то неприятности. Что-то случилось. Что-то её расстроило очень сильно. Так что она даже не сразу заговорила после их обычных тесных объятий при встрече.

— Петрович, — прошептала Кристина, и надолго замолчала, — прости меня.

— Мне не за что тебя прощать, — взволнованно отвечал он, — что случилось?

— Дочка заболела, и я срочно должна улететь к ней.

Сама не знаю пока что там и как, но похоже, что дело серьёзное. Я им нужна там. Очень нужна. И срочно.

— Конечно, надо так надо! Дети – это святое! Надеюсь, что всё обойдётся. Буду молиться за тебя! Ладно, я же неверующий – пальчики держать буду. Дай-ка я тебя обниму.

— Петрович! Эти дни с тобой были самыми счастливыми в моей жизни! Никогда не думала, что можно так привязаться к человеку, совершенно до этого незнакомому.

Так сблизиться и так насладиться этой близостью.

— Кристина! Ты разрушила моё одиночество. Эти наши встречи наполнили смыслом мою жизнь, вернули мне нежность, которую, как мне казалось, я утратил навсегда. И готов пить из этого источника вновь и вновь, и, наверное, никогда не напьюсь. Пусть у тебя всё будет хорошо. Я дождусь тебя, я умею ждать.

Они обнялись, и казалось, что их поцелуй не закончится никогда.