«(Не) настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов»

Боевой маг, конечно, не равен целителю, но нас учат основам лекарской магии.

К счастью, никаких внешних повреждений головы не наблюдается, удар пришелся на спину, что одновременно и лучше, и хуже.

– Ничего, сейчас подлечим тебя, будешь, как новенькая, – снова ласково говорю девушке, не приходящей в сознание.

Все еще дрожащей рукой обхватываю ее хрупкое запястье, на котором синеют яркие венки на фоне бледной кожи, а вторую ладонь кладу на лоб девице и начинаю процесс лечения.

«Агнесс, ее зовут Агнесс Мортимер», – мысленно поправляю себя.

А еще она та самая девушка, которая прыгнула ко мне в карету с моста.

Слегка трясу головой, не позволяя себе зацикливаться на мыслительном процессе, не нужно видеть во всех врагов, даже если их появление в жизни выглядит подозрительно. Пусть Сесил ударяется в паранойю, я же в данный момент предпочту прислушаться к сердцу.

А оно буквально вопит о том, как ему страшно, если я вдруг не смогу ее вылечить. Ужас затапливает и заставляет дрожать.

– Хватит! – произношу властно самому себе, чтобы прекратить несвойственную мне панику. – Я и не с такими повреждениями справлялся.

«Да, но не с ней, ее ты еще не лечил», – отвечает мое подсознание.

После этой мысли меня охватывает смятение, я пытаюсь разобраться в себе, пытаюсь понять, почему вдруг я так разнервничался, почему именно эта девушка настолько важна для меня, что я не могу включить холодную голову?

Я не мог размякнуть за пять лет мирной жизни, ведь мирной она видится лишь непосвященным.

– Аа–ах, – грудь Агнесс высоко вздымается, и с ее губ срывается протяжный стон.

Свечение моих рук с белого сменяется синим, значит, я справился, физических последствий моего удара больше нет. Теперь остается только ждать, когда леди Мортимер придет в себя, и, возможно, стоит принести ей воды.

Поднимаюсь на ноги, чтобы найти кухню, и поправляю Агнесс, чтобы та не упала, пока меня не будет.

Теперь уже сильнее трясу головой. Созвездие дракона сегодня зависло на небе не под тем углом, никак иначе не объяснить мою внезапно проснувшуюся чувствительность и эмоциональность.

«Это все угрызения совести, ведь я на нее напал. Плюс радость от того, что я нашел беглянку, не более того.