Хорошая примета

По рту растекалась сладость пастилы, и вряд ли когда-нибудь мне доведется попробовать хоть что-то вкуснее.

Тихомир был резким и грубоватым, он крепко меня держал и кусался тоже с остервенением, но целовался совсем иначе. Его язык мягко блуждал по губам и аккуратно соскальзывал внутрь. Робко, со сбивчивым дыханием, мы касались друг друга, как два голодных трусливых зверька.

Наши языки расплелились только спустя пару минут, когда я уже отчетливо ощущала онемение в шее и нехватку кислорода. Голова кружилась.

Первый поцелуй за ширмой из пуховика на сидениях автобуса вообще не вписывался в мои розовые мечты, но наверное, чаще так и происходит, спонтанно и больше боязно, чем приятно. И ведь целоваться он полез при первой же возможности, а значит не только я об этой «каше» постоянно думаю. Может и к лучшему, ведь стеснения его молчаливому счастью только не хватало.

Мы выехали за город. Лыжники сгрудились ближе к центральной площадке, где составили свои полозья в ровный частокол, хвост автобуса пустовал, и очень успокаивало, что вряд ли наше вошканье мог кто-то расслышать.

Пейзаж за окном слился в монотонную белую картинку с редкими угольными штрихами облетевших ветвей, и я поймала себя на мысли, что сейчас в наших с Тихомиром глазах мир, должно быть, совсем не различается.

Тиша дернул ногой, рука, удерживающая меня за талию, съехала на бедро, куртка скатилась на сидение.

Я погладила его по голове, опустила щеку на холодный лоб и прислушалась. Уснул. Прелесть... И ведь не храпит же. Наверное, у него ночь тоже выдалась на славу, ведь в жизни не поверю, что в такое цветущее время можно спать спокойно.

Ехать осталось примерно час, я планировала провести это время с пользой и хоть поговорить спокойно, но теперь рука будить не подымется. Он же молчит постоянно, по сути разницы так-то и нет, рядом, сопит, подрагивает, все равно что отвечает.

Все никак случай не выдастся спросить, когда мы встречаться начали и будем ли праздновать годовщину, но ему бы этот вопрос наверняка не понравился. Тиша бы рыкнул, закатил глаза и сказал что-нибудь в стиле: «Вот тебе день матча в академии, какое там число?»

Я задумалась и начала загибать пальцы. Даже поверить сложно, но впервые мы увиделись всего две недели назад, пятого декабря.