Вьюрэйские холмы

А теперь куда он ее уволок? Жива ли ещё Флоранна? Этим вопросом и намерена была заниматься Джессика, которую Элжерон поставил в известность.

Когда они вошли в открытую дверь квартиры, Элжерон насторожился. Но Йодис никуда не исчезла. Она сидела в кресле и курила. В пепельнице лежало по меньшей мере восемь окурков.

Появление Элжерона, Торлейка и Джессики никак не повлияло на ее занятие. Она не улыбнулась, не встала, не затушила сигарету.

Джессика сразу же оправдала состояние Йодис, ведь она потеряла уже две подруги и любимого человека.

– Мы их найдём, – попыталась приободрить ее Джессика. – Сейчас важно всем людям оставаться в домах, никуда не выходить и никого не приглашать. В офисе сейчас Старый Кейв и Ан Зигер. Они прослеживают холм через видеокамеру. Я пойду к мэру…

– Да что этот мэр сделает? – резко бросила Йодис. Элжерон знал, что она не хотела быть грубой, просто она слишком расстроена и боится.

– Ты права. Мэр не верит в существование вампиров, – согласилась Джессика. – Он думает, что мы, охотники, сами придумали эту байку, чтобы найти себе хоть какую-нибудь работу.

Торлейк, который ходил вдоль книжного стеллажа, рассматривая коллекцию Элжерона, вдруг повернулся к Джессике. В его руке была раскрытая книга.

– Мам, скажи им.

– Что? А-а-а… в последний мой визит я заметила у мэра на столе снимки формата А2. Они были сделаны скорее всего с помощью дрона – вид сверху. Я подумала, что снят был именно запретный холм.

– Что же на тех снимках было изображено, кроме деревьев? – удивился Элжерон.

– Я видела верхушку старой башни и стены… замка, может. Полагаю, наш мэр намеревается превратить это место в музей для туристов.

– Пусть попробует, – усмехнулся Торлейк. – Особи там особенно голодные.

– Ситуация изменилась. Думаю, на этот раз он примет меры…

Этот разговор затянулся до позднего вечера. Элжерон не сводил глаз с Йодис, чувствуя, что в ее поведении что-то изменилось. Она вроде участвовала в разговоре, но в то же время отсутствовала.

Джессика дала Элжерону строгие указания, а когда она с Торлейком ушла, настало время поговорить с Йодис начистоту. Элжерон освободил для неё свою кровать в спальне, а сам собирался лечь на диване в гостиной. И пока он готовил постель, решил спросить, о чем она думает.

– О жизни… и смерти. О возможном и невозможном. Я думаю о Флоранне, о Мел и… о Ранне. Они выбрали свой путь и, мне кажется, что уже не вернутся.