Пути океана: зов глубин. Книга вторая

— Даже как-то неловко за всю эту роскошь в такой поросшей пальмами глуши… - усмехнулся Фаусто, когда Витал и еще несколько сопровождающих подошли к резиденции. Замысловатые кованые ворота тут же беззвучно раскрылись, как по команде.

— Я дал слово, что приду один.

— Все в порядке, Венсан! Наше присутствие, даже пусть и за воротами, внушит этим де Монбланам к тебе должное почтение! – Фаусто нервничал. Впрочем как и всегда. – А не их ли судно мы оприходовали в прошлом месяце? Не за него ли хотят нам предъявить? В общем, если что, мы рядом…

Витал слегка кивнул и неторопливо зашагал по ведущей в сторону особняка дороге, шурша полупрозрачными камешками под ногами.

Встреча предстояла с Патрисией де Монблан, наследницей амбициозной династии. Об этом говорил витиеватый слог на бумаге приглашения с золотым тиснением, посланного в его номера. И судя по всему, визави была заинтересована во встрече не меньше него самого.

Оценив еще раз блистающие статуи по обе стороны пути, щедро усаженного пальмами, Витал всерьез предположил, что ночные вазы и лохани для мытья семьи де Монблан наверняка также сделаны из неизбежного золота.

Боковое зрение отметило несколько силуэтов, крадущихся в тени деревьев. Он только усмехнулся и почесал короткую бороду: для кланов, обладающих подлинным могуществом, традиции встречи гостей де Монблан были уж больно нервными: истинная сила не знает напряжения. Он знал это не понаслышке, и от того представление о визави складывалось самое противоречивое.

Впрочем, в том, возможно, была и его вина.

Внутренний двор особняка де Монблан напомнил ему собственный дом. Наверняка архитектор бывал на Малом Орфее или подсмотрел чертежи: с такой точностью воспроизвели пропорции пространства и гармония жилых строений.

Впрочем других признаков знакомства с тайной жизнью мореходов не обнаружилось. Оглядывая небрежную роскошь утопающего в розах двора, капитан насчитал еще пятерых, так сказать, сотрудников миледи Патрисии. Итого вышло девятеро. И чем ближе он подходил к двери резиденции, тем острее чувствовалось присутствие охраны. Как и недоверие к нему, невзирая на приглашение, полное заверений и расшаркиваний.