Огонь в твоей крови

Девушка, сердито сверкнув глазами на прицельного метателя, схватила со стола полотенце и попыталась аккуратно снять манку, не растирая ее по светлой ткани. Получилось, оставшееся пятно она присыпала солью, которая, как где-то слышала, впитывает в себя жир.

Темноволосый малыш, с любопытством следивший с высокого детского стула за Катиными действиями, оживился и, набрав новую порцию каши, взмахнул ложкой. Девушка подняла полотенце, как щит, и закричала:

— Вика, твой братик швыряется кашей! Похоже, наелся!

— Развлеки его, Петрашова! — донеслось из ванной.

— Как? И вообще, Ефимова, я говорила тебе, что боюсь детей!

— Зажги спичку, он любит смотреть на огонь. — Сразу за советом послышался шум льющейся воды.

Катя под прикрытием полотенца дотянулась до лежащего возле печки коробка и достала первую спичку. Чирк! Оранжевый огонек привлек внимание непоседливого мальчугана, давно свалившегося бы на пол, не будь он надежно пристегнут ремнями безопасности. Притихший малыш, зачарованный язычком пламени, показался девушке даже милым.

Пока не стал морщить личико и стучать ложкой по еще полной тарелке.

— Сейчас-сейчас! Не сердись. — Катя торопилась зажечь новую спичку. Как назло, та сломалась, а следующая, вспыхнув, тотчас потухла.

— Аа-ааа-аааа!

У временной няньки, не привыкшей к детскому плачу, задрожали руки.

— Да зажгись ты! — зло прикрикнула на спичку девчонка.

И та зажглась, не коснувшись покрытого красным фосфором бока коробка.

Катя отмерла, лишь когда догоревшая спичка едва не обожгла ей пальцы, и озадаченно пробормотала:

— Вот это да…

Младший брат Вики напомнил о себе смешным звуком, чем-то средним между «мяу» и «вау».

Но Катя, не обращая внимания на малявку, пристально разглядывала спички. Стандартный коробок, и спички обычные, из желтоватой древесины, снабженные на конце зажигательной головкой зеленого цвета. На сесквисульфидные, которые зажигаются при трении о любую поверхность, не похожи.

— Зажгись! — Катя шепнула, не питая иллюзий насчет своих способностей пиромана.

Пламя, весело танцуя, быстро добралось до кончиков пальцев.

— А вот и я! — Вика, поправляя обмотанное вокруг головы полотенце, вплыла в кухню. — По мокрым волосам судить тяжело, но, похоже, краска легла хорошо. Скоро, как и ты, буду платиновой блондинкой.

— Здорово, — отстраненно ответила Катя, которую сейчас от собственных мыслей не отвлекло бы и заявление подруги, что она облысела. — Вик, ты извини, но я пойду домой.