Без права выбора

Под взгляды, полные укора, свернула косу на затылке и закрепила скромненькой заколкой. Спрашивается, зачем мне помощь?

— Все, — вскоре осмотрела я себя с ног до головы и расправила складки бежевого платья.

Взглянула себе в глаза, мысленно приказала быть стойкой и вышла из комнаты, тут же опешив. Не ожидала в коридоре увидеть Агфара. Он с хмурым видом выпроваживал дающего наставления лекаря и отворачивал закатанный рукав. Глянул на меня и одним махом его одернул. Но я заметила… и пришла в ужас.

Неровные ручейки вен, четко выраженные у локтя и словно подбирающиеся к запястью.

— Нам пора, — возникла рядом мисс Пампли, в то время как граф с лекарем уже спускались по лестнице.

Ноги приросли к полу. Я не смела больше ступить и шага. Наверное, другая на моем месте позлорадствовала бы, ведь у Агфара какой-то страшный недуг. Меня же это открытие поразило до глубины души. И хоть были явные намеки, что с его рукой что-то не так, ничего подобного я точно не ожидала.

— Юная леди, не заставляйте графа ждать.

— Вы это видели?

— Вы о чем? — глянула компаньонка в сторону, куда я неотрывно смотрела, и вопросительно выгнула брови. — Духи показали себя?

— Духов не существует.

— О, не соглашусь, — покачала женщина головой и направилась к лестнице. — Своими глазами видела во время родов моей сводной сестры. Вовек не забуду!

Она обернулась, поманила меня за собой. Не пойду! Там будет Агфар, и его рука, и очередные колкости, и новые неприятные нюансы моего существования.

Захотелось отряхнуться, побежать в свою комнату, попросить Молли принести ванну и потом тереть мочалкой кожу до покраснения. Она вдруг начала зудеть. Хворь ведь уже передалась, да?

И тут я прозрела. Агфар хочет исцелить себя! Он ведь говорил, что мне сегодня будет непросто.

— Юная леди, поспешим. Настойчиво советую не гневить милорда опозданием.

Со всей горечью осознав, что мне никуда не деться, я пошла за компаньонкой.

Мужчина дожидался нас возле кареты. Попеременно то одной, то второй рукой сжимал перчатки, разглядывая убегающую вдаль оживленную улицу. Казалось, он нервничал.

Миг — и наши взгляды скрестились. Холод синевы обжег, проник в самую душу, отчего следующий шаг дался мне с огромным трудом.