Иван Змеевич и Краса Ненаглядная

— Слова верные…— раздумчиво сказала Крася, — но если бы хотел он помочь тебе наказ отцовский выполнить, то дал бы дружину, оружие. И сам бы поехал с тобой. А в тереме запереть – ума много не надо.

—Я у купца Борова коня просил, тоже отказал. Видно, никто в посаде князю перечить не станет. Бежать нам надо, — неожиданно закончил Ваня и посмотрел посветлевшими глазами на девушку. Весёлые огненные искорки заметались в янтарных глазах Краси.

Глава 10

Не страшно убегать от врага, страшно убегать от друга.

«Как же быть? — думал Ваня и от натуги аж вспотел. — На своих двоих далеко не удрать, да еще и с девчонкой. Их вместе с Красей конь выдержит. Но как украсть коня?»

Сидя в своей горнице, за дверями которой ещё не выставили караул, Ваня мучительно размышлял, как ему улучить нужную минутку для побега. Планировать он был не мастак. Просидев у окошка с полчаса, потом повалявшись с час на лавке, Ваня впал в уныние. А ведь план у него должен был быть ещё при выходе из ворот столицы.

Но, уповая на русский авось, да мудрость преданий старины, он считал, что всё образуется само собой.

Не в радость ему была забота и гостеприимство брата, чуял он сердцем, что показное это радушие. Помнил он, какие странные взгляды брата он ловил на себе, и как этот взгляд менялся, когда Дмитрий замечал, что уличён. Начинал брат улыбаться, по плечу Ваню похлопывать, а все равно льдинки в его глазах не таяли.

«Пожалуй, братец погоню снарядит за мной, как узнает, что я коня увел и Красю, — подумал Ваня, — и как мне так удрать, чтобы уж насовсем так насовсем?»

Когда дворский позвал вечерять, Ваня поневоле поплёлся.

С братом встречаться ему не хотелось, потому что опасался он, что Дмитрий догадается о его намерениях по бесхитростному лицу.

Вошел Ваня в гридницу, брат улыбнулся ему и показал на место рядом с собой. Царевич старался ничем своего недовольства не выказать, но от зоркого глаза Дмитрия ничего не укрылось.

— Что царевич наш невесел, что головушку повесил? От яств стол ломится, от пития раздолье духу.

— Благодарю, — сказал Ваня и уткнулся в чашку.

— Это наш Иван-царевич о девушке своей тоскует, — подмигнул боярский сын, который уже залечил свою ногу, подвернувшуюся под корягу на соколиной охоте.

— А что девушка? — развел руками Дмитрий, — Ещё вчера ушла с последним купецким обозом. Ярмарка кончилась, что ей в посаде делать? Поблагодарила за хлеб-соль да и была такова.