Лишний вес. Инструкция по ликвидации.

Тогда и произойдёт это историческое событие – Восстание драконов…

– Какое обалдительное устройство! – восхищалась Э-Виллина, рассматривая новый рисунок Ульянки. – Мама! Неужели на этой штуке я, папа и Тихон завтра помчимся в поликлинику? Это будет шикарно! Пожалуй, я надену платье до пяток, каблуки и оголю плечи. Намажу глаза и губы, как взрослая тётенька. Да мы всем нос утрём! Мамочка, ты прелесть!

Ульянка усмехнулась, польщённая.

–Эвила, мы будет решать там совсем другие задачи.

Это сказал проснувшийся Иннокентий.

– Не занудствуй, толстяк! – запальчиво выкрикнула Э-Виллина, но тут же замолчала, смущённая.

– Извини, пап, – она залезла к нему, прижалась ухом к мохнатому животу. – Какое теперь тут у тебя всё тёплое и мягкое. Никакой спортивной мускулатуры…

–Эвилла! – раздался знакомый упрёк Ульянки.

– Ничего страшного, – сказал Иннокентий и грустно пошутил. – Как там поживают котятки? Слышишь что-нибудь?

– Бурчит что-то, – ответила Э-Виллина и зашептала, оживившись. – Хочешь, я расскажу тебе, как мы наказали Бэзила? У-у-у, как он выл!

Бэзил, съёжившийся в самом дальнем углу под кроватью Иннокентия, зло поднял одно ухо.

Он ещё отомстит этим девкам! Подкрадётся, когда они наденут эту полупрозрачную скользкую кожу на ноги – и в клочья её! В кровь, крики и рёв! А сметану он больше никогда есть не будет! Он пытался убедить себя в этом. Его немного ободранный хвост при этом нервно подрагивал.

ГЛАВА 7, в которой лишь ночь, любовь и воспоминания.

– Поставьте тахту рядом с кроватью мужа, – распорядилась Ульянка.

Слуги-оборотни внесли небольшое раскладное кресло-кровать и установили, где было cказано. МартаКрот бухнула огромную охапку белья рядом с Иннокентием и принялась застилать постель. «Муяг-кая пири-инка, – тихонько напевала она, – спит любов в подушках…».

– Ты всё равно желаешь спать рядом? – удивился Иннокентий.

– Конечно, – уверено ответила Ульянка. – Подумай сам. Столько ночей, и всегда вместе. Почему из-за какой-то ерунды я должна лишаться мужа?

– Да я не думал… – смутился Иннокентий, помолчал, сменил тему разговора.

– А почему такая длинная активация у твоей гравитационной платформы? Обычно ты в одно слово это формулируешь.

– Не знаю, – честно призналась Ульянка. – Сама пришла в голову эта странная фраза «Земля, прощай». Пусть будет так. Какая разница?

– Никакой, – признал Иннокентий.

Помолчали, ожидая, когда МатраКрот закончит.

– У-уготово! – хлопнула по истекающей уютом подушке оборотень.