Когда ночь сменяет ночь

Я умер, думая о тебе, и ожил с той же мыслью.

— Винс, прошу тебя, не продолжай!.. — взмолилась я. — Я бы отдала половину своего бессмертия, лишь бы вернуть всё обратно!

— Но ты этого не можешь. И никто не может.

Отвернувшись, я прислонилась лбом к стволу дерева. Сколько раз я мысленно представляла этот разговор, вроде бы находила нужные слова… Но сейчас их не было, остались только горькое сожаление и беспомощность. Я чувствовала, что Винсент стоит за спиной, но не находила в себе сил обернуться.

— Посмотри на меня, — он словно прочитал мои мысли.

Сделав над собой усилие, я подняла голову. Лицо Винсента едва заметно наклонилось к моему.

— Что значу для тебя я?

— То же, что и раньше. Ты мне дорог и что так будет всегда. Но, чтобы ответить на твои чувства, я должна испытывать к тебе то, что испытываю к Доминику…

Винсент глянул на моё запястье, по губам пробежало подобие улыбки.

— Мои часы.

— Я собиралась вернуть их тебе… Правда, они всё ещё с освящённой землёй… Я могу к ней прикасаться — благодаря этому и избавилась от Арента.

— Нет. Я хочу, чтобы они остались у тебя.

В его взгляде больше не было ни боли, ни горечи, только задумчивость.

— Наши страсти не подчиняются нашим желаниям. Поэтому не могу винить тебя ни в чём. Но не вини и ты меня.

— За что?..

Он улыбнулся, на мгновение став прежним Винсентом.

— За что бы то ни было.

В следующую секунду я уже смотрела в пустоту — Винсент исчез.

— И как он это воспринял?

Я обернулась. В нескольких шагах от дерева стоял Доминик.

— Не смотри так, — он протестующе поднял руку. — Как и обещал, я не отходил от окна.

Ничего не ответив, я направилась к дому. От недавней эйфории не осталось и следа. Я не могла не думать о Винсенте, о неизбежных встречах с ним в будущем и о сосуществовании нас троих вообще. И ещё ведь оставался Арент… Очевидно, всё это время Доминик искал способ освободить меня, и, также очевидно — пока поиски его оставались безрезультатными. Сейчас следовало бы заняться ими сообща, выкинув из головы всё остальное.

***

Поцеловав так, словно мы расставались на пару столетий, а не на пару минут, Доминик отправился утолять жажду. Я собиралась последовать его примеру, поправила на запястье часы, повернулась и… растерянно замерла.