Когда ночь сменяет ночь

— Иначе ты не сможешь попасть в свой собственный дом.

Доминик, улыбаясь, наклонился ко мне.

— Без тебя делать мне в нём нечего. А с тобой никакая его часть, кроме спальни, меня не интересует. Кстати, она более чем просторна. Надеюсь, той земли, что ты взяла с собой, хватит.

Рассмеявшись, я оглянулась на оставленный у стены сосуд… и буквально остолбенела… В нескольких шагах от нас в арочном проёме стоял Винсент. Я поспешно отодвинулась от Доминика, испытывая одновременно смущение, раскаяние и злость. Доминик, конечно, почувствовал приближение Винсента и, конечно, нарочно меня не предупредил.

Винсент неторопливо вышел из полумрака. Доминик не произнёс ни слова. Взгляды обоих с удивительно похожим выражением ожидания впились в меня. Я чувствовала себя загнанной в угол и изо всех сил боролась с малодушным желанием просто исчезнуть. Но это бы не дало ничего, кроме отсрочки, и я покорно повернулась к Винсенту.

— Винс… Этот разговор запоздал на год. Но откладывать его дольше не имеет смысла…

Лицо Винсента помрачнело, он кивнул в сторону входной двери и исчез.

— Надеюсь, ты веришь мне хотя бы настолько, чтобы позволить поговорить с ним наедине, — обратилась я к Доминику.

Сложив на груди руки, он насмешливо прищурил глаза.

— Я буду видеть вас из окна.

Винсент ждал в глубине окружавшего виллу сада. Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга, он нарушил молчание первым:

— Я не буду облегчать тебе задачу. Придётся самой произнести всё, что ты должна мне сказать.

— Ты бы и не смог её облегчить, даже если бы хотел.

Винс… мне так жаль…

— Что именно?

Винсент изменился. Не только внешне. Теперь в нём чувствовалась жёсткость, которую раньше в сочетании с ним было даже трудно представить. Я лихорадочно пыталась подобрать правильные слова. Он грустно усмехнулся.

— Это так трудно выговорить?

Я постаралась взять себя в руки, с трудом выдерживая его взгляд.

— Я стала бессмертной по доброй воле — ради Доминика. Нужно было сказать это тебе год назад, когда мы оба ещё были людьми…

— И что бы это изменило?

— Ты… ты бы остался человеком… Сохранил свою жизнь…

— Мою жизнь? Ты имеешь в виду, то, что от неё осталось.

— Винс…

— И не начинай снова этот вздор про семью и друзей! Для того, чтобы продолжать жить как ни в чём не бывало, я слишком любил тебя!

— Любил? — невольно переспросила я.

— Не знаю, как определить то, что испытываю к тебе теперь… Это чувство изменилось вместе со мной, став сильнее и мучительнее во много раз.