Когда ночь сменяет ночь

Лицо Эдреда стало страшным, в диком бешенстве он хватил по мостовой каблуком ботинка и расколол каменную плиту надвое.

— Ты вернулась туда! Я ведь просил этого не делать!

— Тебе следовало объяснить почему, а не выдумывать небылицы, — огрызнулась я.

Вообще-то чувство, не знаю за что отвечающее, подсказывало, что возвращаться на вечеринку и правда не стоило. Но если до сих пор внезапное появление волоокого бессмертного просто сбивало меня с толку, его следующие слова, обращённые к Эдреду, стали настоящим откровением:

— Что за игру ты ведёшь, αγαπητός γιος μου[1]?

Я ошалело уставилась на Эдреда.

— Дорогой сын?.. Он тебя обратил…

— Ты понимаешь по-гречески? — с лёгким удивлением спросил Андроник.

Эдред скрипнул зубами.

— Что ты натворила…

— Не стоит так уж драматизировать, — презрительно отозвался Андроник. — Я не собираюсь отнимать у тебя игрушку.

— Я не его игрушка! — возмутилась я.

Тягуче-томный взгляд Андроника обратился в мою сторону, губы тронула улыбка. Эдред тут же бросился ко мне и, остановившись спиной к Андронику, словно меня от него загораживая, умоляюще прошептал:

— Тебе лучше уйти.

Присутствовать при выяснении их отношений в самом деле не хотелось — мне вполне хватало бесконечных стычек между Домиником и Винсентом. Выглянув из-за плеча Эдреда, я уже хотела распрощаться с Андроником, но тот, как будто ничего не замечая, поинтересовался:

— Для чего ты следила за Энрике и его спутницей?

— Энрике? Значит, так его звали.

— Прошу тебя…— настойчиво повторил Эдред.

— Звали? — переспросил Андроник.

— Не думаю, что о нём ещё можно говорить в настоящем времени. Девица, с такой готовностью составившая ему компанию, связана с демонами…

— Ах, эти слухи о намерении демонов нас уничтожить, — в голосе Андроника прозвучала снисходительность.

— Это не слухи! — отрезала я.

В тусклых глазах Андроника зажёгся едва заметный огонёк, Эдред глухо зарычал. Но Андроник даже не глянул в его сторону и коротко, будто домашнему псу, бросил:

— Замолчи.

Почему-то меня это задело. Успокаивающе, почти ласково, я посмотрела на Эдреда и холодно пояснила, обращаясь к Андронику:

— Ты, наверное, слышал о людях, заключивших сделку с демоном — их тень покорёжена, как если бы с неё живьём сняли кожу.

Кивнув на прощанье Эдреду, я решительно отступила в темноту.