Оборотень по объявлению. Гибрид

Потом будет очень плохо. Хуже, чем людям после бутылки горькой на одного, но что поделать.

В любом другом случае Мун смог бы переубедить Диму, но не тут. Волк и без того чувствовал груз ответственности, что не успел спасти гибрида от стерильности, знал, что это стало пробоиной в броне, и тут на тебе.

Оставалась одна надежда, что Док прав и все притяжение — эффект крови, иначе… Иначе Диме не позавидуешь.

— Как твои ребра?

— Даже не чувствую, — покачал головой глава Иных, глядя вперед. — Завтра все равно все уже заживет.

Муну не нужно было объяснять, он и так понимал, что другая боль вытесняет все. Волк в уме подбирал слова, осознавая, что Дима сейчас стоит между двумя горами на хлипком веревочном мосту, который может в любой момент оборваться. Подтолкнет к необдуманным действиям — и гибрид тотчас же съест жениха, оставив невесту в шоке. Скажет мало — еще больше осложнит, чем поможет.

— Док, ё-мое! Удружил! — хлопнул себя по коленке Мун.

— Он спас Веру. И ребенка.

— Не хочешь соблазнить жениха перспективой в другой стране?

— Как ты бывшего своей Санни? — хмыкнул Дима.

— Я думал об этом, но не хочу, чтобы Вера страдала. Если Док прав и ей действительно плохо от меня, то тяга к ней у меня исчезнет и я обреку ребенка на безотцовщину. А мы с тобой выросли без родителей и знаем, каково это. Так что, пока я не пойму, какой эффект по-настоящему оказала кровь, я не буду предпринимать никаких действий.

— А она... Как она относится к жениху?

— Заступается, — сквозь зубы процедил Дима.

— Я отправил с ней Тамару, она доложит, как на самом деле обстоят дела в паре.

— Тамару?

— Да, она единственная из оборотниц, кому я могу доверить Веру. Она предана мне как Кот, но тот мужчина.

Мун открыл рот и закрыл. Не стал говорить, что Дима не подумал об одном: Тамара была стерильна и ей может быть очень сложно находиться рядом с беременной женщиной. Но волк понимал, что гибриду сейчас совсем не до этого.

— Ты не знаешь, у наших детей и человеческих большая разница? — неожиданно спросил Дима.

— Скоро узнаю на своей шкуре, — задумчиво и очень осторожно поделился новостью Мун.

Дима удивленно развернулся и посмотрел на волка через плечо:

— Тебя можно поздравить?

— Я знаю, что да, но официально пока рано. Вот забьется сердце у ребенка, тогда можно!

Забьется сердце у ребенка…

Дима с шумом втянул в себя воздух и откинул голову назад так, что больно врезался затылком в Муна.

— Что такое? Прости, я ляпнул, не подумав.