Поцелованная Смертью

На не слишком чистый пол шлепнулись две черные змейки. Обиженные грубым обращением, они чуть пошипели и послушно потекли темными ручейками к двери, а затем и по ней самой. Ползя по отвесной поверхности, словно по горизонтальной, гады на глазах истончались и, добравшись до замочной скважины, без усилий в нее проскользнули.

Мужчина, сидящий на подоконнике, закрыл глаза — и стал невидим. И юный сосед целителя, вышедший из квартиры с веником в руках, чтобы убраться за собой, его не увидел.

Закрыв за девушкой дверь, Давид произнес дрогнувшим голосом:

— Рад, что ты все-таки пришла.

Аня нажала на топаз в левой серьге, снимая личину, и сразу почувствовала себя голой — целитель жадно смотрел на нее настоящую, словно запоминая на всю оставшуюся жизнь.

— А почему бы мне не зайти к другу? — спокойно произнесла она, доставая с полки свои шлепанцы.

То, что они продолжали там ее дожидаться, говорило о многом. Маг все еще не терял надежды.

— Значит, к другу пришла? — усмехнулся он криво. — Ладно, готов быть тебе другом.

Аня поморщилась — их отношения начинались с дружбы. Как же давно это было...

Сводить шрамы восемнадцатилетняя магичка приходила дважды в неделю: во вторник и субботу. Молодой целитель понравился ей с первого взгляда — чуткий, деликатный, во время сеанса заставлял забыть обо всех невзгодах. А еще девушка не раз ловила на себе его нежные взгляды, и это притом, что прикосновения врачевателя к ее обнаженной коже оставались целомудренными и аккуратными.

И Аня решила, что лучшего проводника во «взрослую» жизнь не найти.

Нет, среди магов и оборотней желающие отыскались бы быстро, но что-то подсказывало: это только усложнило бы ее ситуацию. Да и не забывала она, что если вервольфы честны в чувствах, то те же колдуны не станут строить серьезных отношений с вампирозависимой. Так, незначительная интрижка, не более.

А Давид был другим — понимающим и зрелым не по годам. И вдобавок влюбленным.

Он держал оборону стойко, честно стараясь остаться в рамках отношений целитель — пациентка.

И даже заявил Булату, что не может больше лечить его падчерицу.

— Не устраивает плата? Назови сумму сам, — предложил Вожак северных вервольфов, пристально глядя на мага.

Тот досадливо поморщился:

— Не в этом дело.

— А в чем?

Он ответил честно, ожидая в любую секунду сокрушительного удара в челюсть:

— Ваша падчерица ко мне пристает.

Белоснежных зубов маг не лишился — Владлен, подавив клокочущий внутри смех, вопрошающе приподнял бровь.