В паутине снов

— Подождите, пожалуйста, дайте мне сказать,— воскликнул воин.

Я удивленно на него посмотрела и кивнула.

— Я хочу, чтобы вы знали, Ранира — не плохая. Но, к сожалению, вспыльчивая и часто действует под влиянием эмоций. Она росла при дворе императора Саригая, ее отец его правая рука. Главный советник — Зуон Сормви Вилозье.

Точно, я вспомнила! При изучении Йорферии не раз звучала эта фамилия! Высокоинтеллектуальная личность, яркая, неординарная. Чтит традиции и законы своей страны, и еще о нем говорят как об очень вежливом и внимательном мужчине.

Дочь явно не в него пошла. Локед, не замечая моей задумчивости, продолжал:

— Не удивительно, что принцесса и Ранира подружились. Конечно, Ее Высочество несколько старше, но это не стало помехой. С детства Ранира мечтала быть личным магом Амрэль. Отсюда ее стремление к учебе и успешное поступление в АВМ. Девушки так сблизились, что делились друг с другом самым сокровенным. Младшая дочь императора мечтала стать женой Высшего Правителя. Но в первый раз его выбор пал на нетитулованных особ.

Когда же все узнали о предстоящем втором отборе, счастью Амрэль не было предела. А когда стало известно о том, что выпускное задание для сборных групп студентов двух академий – это сопровождение кандидаток в невесты на остров Шанталез, Ранира почему-то была уверена, что нашей четверке выпадет охранять именно ее принцессу, и уже готовилась к этому, но...

— Но вашим заданием стала я.

— Да. Я понимаю, что все это не оправдывает Раниру, — воин вздохнул,— но попытайтесь быть терпимее.

— Локед, ты же понимаешь, что мы с магессой теперь связаны? Она поклялась мне в верности. Ее клятва – гарантия безопасности для нас обеих… И только если Ранира когда-нибудь спасет мне жизнь – эти узы исчезнут.

— Да, я знаю, что такое клятва. И думаю, с этим отбором не все так просто, а значит, Ранира скоро будет свободна от клятвы.

— Считаешь, что от меня попытаются избавиться?

— От всех невест попытаются,— хмыкнул Локед.

— Наверняка нельзя сказать, никто не знает, почему первый отбор был настолько кровавым.

— Нельзя, но думать никто не запрещал.

Вдруг в таверне раздался нечеловеческий вой. Крик доносился со второго этажа и слишком уж напоминал голос Раниры. Не сговариваясь, мы помчались наверх. У двери в нашу комнату уже замерли альв и горгулл.

— Стойте!— приказали они.— Мы не можем помочь. Там берегини.

— Что? — рыкнул Локед. — Откуда?!

Мою попытку прорваться в комнату воины пресекли.