Под крылом Совы

– А где Ха́ли и Дор? Я так надеялась увидеть хотя бы брата, – я со вздохом попробовала ложку стоящего передо мной супа и успокоилась – нет, всё-таки отсутствие брата и его советника не такая большая утрата. У меня ещё много времени, чтобы вдоволь наболтаться со старшим братцем, Светлейшим Князем.

– У ребят полно дел. В это время года приходят налоги с окрестных поселений, а ещё приходится разбирать книги жалоб, – отец позади устало вздохнул, будто сам только что закончил пересчёт нескольких таблиц.

– Иногда такого начитаешься, так дрожь берёт!

– Не вредничай, милый! – с улыбкой вздохнула матушка, покачав головой. – Сколько ты этим уже не занимаешься? Год? Два года?

– Нурнтэру сколько уже исполнилось? – сзади слышалась возня, которая сопровождала отца, когда он вставал с низких сидений. Донесся стук дерева о камень пола. Хар, сидящий рядом со мной, торопливо встал, отодвинув стул, на который вскоре тяжело опустился мой отец.

– Полтора года, отец, – глядя на родителя-князя, я едва не позабыла про еду – от него исходила трепещущая душу величавость.

Особый шарм образу давала массивная полированная трость из тёмного дерева, на которую мой отец опирался при ходьбе.

– Вот. Значит, полтора года как я оставил все «радости» этого занятия Хальвадо́ру и Ярдольдэ́ру, – отец откинулся на спинку стула, с какой-то необычной теплотой разглядывая меня.

Я же, заметив в Драконьем плетении волос отца захватывающую многие пряди седину, испытала приступ щемящей тоски.

По рыжеватым локонам матушки ещё не настолько были заметны её годы, не то что у отца.

– Я так рад, что вы, наконец, смогли приехать, – улыбнулся отец, снова и снова изучая меня тёплым взглядом. – Аргихин решил воспользоваться отъездом как выходным?

– Это точно! Прошу, только не сердись на него, – попросила я, опуская взгляд в тарелку с остывающей едой.

– Мне ли не знать как прекрасны минутки покоя? – бывший князь Клыка покачал головой, подмигнув своей княгине.

Мама предупреждающе пригрозила ему пальцем, но сама улыбалась. – Когда ты была совсем крохой, то порой от тебя невозможно было не устать. Всё время удивлялся, как твоя мама ещё умудрялась сохранять силы в себе. Я так вообще валился с ног…

– Ма́эрор! – на этот раз игривость матушки граничила с раздражением.

– Что? – усмехнулся отец, разведя руки и пожимая плечами. Я понимающе захихикала, отодвигая пустую тарелку и заменяя на порцию фруктового салата.