Под крылом Совы

– Да, я буду не против, – буркнул Фарэм. Он наверняка не желал выставлять напоказ наши натянутые отношения, посему и принял предложение, помявшись чисто для приличия.

Я рассчитался с мастером, добавив к авансу ещё кошель, набитый золотыми монетами с драконьим тиснением и серебряными оттиском пайренуатов. Фануиурэм сопел у входа в ожидании. Сопел он и тогда, когда забирался в карету следом за мной.

Ехали мы в молчании. С момента приезда княжны это был первый раз, когда мы так долго находились сколько-нибудь поблизости и имели возможность созерцать лица друг друга.

Воспитанник заметно оттаял эмоционально и не ковырял колючим взглядом. Более того, он не слишком скрывал, что моё присутствие его не приводит в ярость. Улыбался каким-то своим мыслям и поглядывал в окошко, не ослабляя хватку на шкатулке.

– Выглядишь очень довольным. Это меня радует, – нарушил я тишину, что, кажется, вместе с Фарэмом тихонько хихикала.

– Удивительно, что достаточно моего удовлетворения, чтобы радовать Вас.

Не взглядом, так словом мальчишка умудрился кольнуть.

Правда, тон голоса хорошо смягчил смысл сказанного.

– Бывают дни, когда рад и такому, – я пожал плечами, вынимая из шёлка свою безделицу. – Не посвятишь меня в свою тайну – зачем ты приходил? Не замечал в тебе страсти к украшениям.

– И не заметите, – будто пообещал Фарэм в выдохе. Немного подумав, он заговорил тише. – Это не для меня, а для Риа. Простите, но я Вам ничего не покажу.

– Очень надеюсь, что княжне очень понравится твой сюрприз, – вдруг проявившаяся стеснительность парнишки пришлась мне по вкусу.

Наверное, мне этого и не хватало – именно его таинственной искренности, что тёплой искоркой зажглась в серости хлопот.

– Кронкняжне, – после ещё более долгого молчания поправил меня Фарэм. – Вы правы, Мой Князь, я вёл себя безрассудно и думал не пойми о чём. Так много твердил о слабости Риа, что не брал в расчёт себя!

Глухо рассмеявшись, он опустил голову и прижал к себе шкатулку ещё сильней. Я непроизвольно улыбнулся. Умилиться его радости было, кажется, всё равно, что отругать.

– Теперь моя очередь. Я попрошу Риа стать моей женой как только подвернётся первая возможность, – заявил Фануиурэм и вздохнул, словно с признанием мне избавился от какого-то груза на душе.

– Желаю скорой возможности, – почти шепнул я и замолчал.

Воспитанник выговорился, и лишние вопросы, как и глупости, вызвали бы у него только раздражение. Я же предпочёл насладиться картиной его маленького счастья, чем прогонять сие редкое явление.