Под крылом Совы

Склонив голову, нелия подошла к нам и присела в поклоне, зашуршав подолом платья.

– Простите меня за опоздание. Мне очень жаль, – выдохнула девушка, так и не поднимая головы.

Разглядывая – уже – кронкняжну, я ощущал понимание слабости призрачной Иэры. В усадьбе поселилась действительно юная Ярчайшая. Цветовой холод одежд ей необъяснимо сильно шёл, будто она была рождена для него нарочно. Обманчиво-хрупкое телосложение, за которым таилась поразительная магическая сила в обрамлении снежно-белых мехов. Ради этого стоило оставить коридоры тишине и сквознякам, чтобы полюбоваться из укромного уголка на это диво.

– Больше не задаюсь вопросом отчего княгиня Харетэм так сильно напоминает одновременно обоих тейр-Светлейших. Честь унаследовать внешнюю прелесть княгини Факириты досталась именно вам, дорогая, – Император быстрее остальных оказался поблизости от княжны и взял её за руку.

Девушка залилась краской смущения, когда её игриво заставили крутнуться на месте. Будто была необходимость показать её и наряд заодно всем присутствующим со всех сторон.

– Вы мне льстите, Ваше Великолепие, – услышал я виноватое бормотание. На счастье княжны подоспели слуги, чтоб продолжить начатую сервировку стола и подачу.

– Ни разу, – уверил Повелитель, подведя девушку к столу. Пододвинул стул, помогая занять своё место, и сам присел на ближайший к княжне стул.

Атмосфера значительного мероприятия испарилась едва появившись. Высокородный гость не принял места во главе стола, а молодые князья и не посмели на него претендовать, оставив мне. Впервые то, что было моим по праву, меня принизило. Не скажу, что возникшее общество меня отвергло. Император раз за разом вовлекал меня в разговор, но я отбивался парой-тройкой ничем не обязывающих фраз. Мало-помалу сила в болтовне сравнялась у всех, отчего даже самая пустая и скорее шуточная новость обсуждалась с пылом.

Такая долгожданная порция жаркого не принесла ожидаемого удовольствия, а сливовое вино не расслабляло пьяным дурманом. Царившая за столом весёлая обыденность дополнительно раздражала меня тем, что отчаянно пыталась защекотать и утянуть к себе, а мне не составляло труда сопротивляться ей.