Под крылом Совы

Все, кто желал и мог, выкопал и вывез даже самый хилые цветы. Мне излишества были не нужны, а отцу было уже всё равно. Может, закопай я его по шею в землю посреди стройки, он бы даже не задался вопросом «почему?». С таким масштабным заданием, от слома до полного возведения новых стен и крыши рабочие справились за какие-то полтора года. Тейр-Ярчайший Иртидаа́н не дожил окончания строительства всего месяц. Как я тогда надеялся, что ему понравится новый дом, проседая ночи напролёт над первыми чертежами! В первую очередь сообщал новости о своих успехах… чтобы наткнуться на безразличный взгляд.

Не желал верить, что рассудок его помутился, когда мне не было и восьми. Ниндасэн, мой родной дядя, почувствовал неладное задолго до первых проявлений, отчего смог убедить отца передать ему полномочия Ярчайшего. Благо, Крепость отнеслась к подмене терпимо и, если и одарила его снежной сединой Ярчайшего сильнее кого бы то ни было, то как раз за своеволие. Всё лучше, чем стареть и телом раз в десять быстрее обычного.

Даже перестав быть князем, отец остался в поместье, а вместе с ним и я. Благодаря поддержке дяди, я не ощущал себя брошенным, пусть и тейр-Ярчайший Нинда сохранял между нами дистанцию. Однако даже так он был единственным, кто верил в меня. А всё потому, что моей матушки давно и след простыл. Княгиней, насколько я знал, она быть не желала. Ей хватало влияния моего отца, чтобы наслаждаться жизнью. Успевший потерять супругу князь нашёл отдушину в очаровательнице.

В отличие от несостоявшейся второй жены тейр-Ярчайшего Иртидаана, Фанориа родилась во влиятельной семье. Сильная колдунья, которая взбудоражила одного из главных хранителей Ледяного Пика. Рядом с Фарэмом ей ничего не грозит, да и она сама…

– Проще укусить себя за ухо, нежели убедить меня в том, что расчётливости не имеется у тебя в крови, – рядом со мной звонко рассмеялись.

– Ты всегда приходишь ко мне, чтобы посмеяться надо мной, Наставница? – проявление Старшей добавило вечеру ярких событий.

– Как я могла тебя оставить, когда ты молился так искренне? – звонкий смех вновь резанул по ушам.