Ключ от всех дверей

Сейчас всё было иначе: я чувствовала себя совершенно чужой, и будто место это осталось недовольно нашим визитом. Или его причиной.

Леонид сумрачно, под стать местной атмосфере, оглядел меня и высокомерно скривился: видимо, вид мой оставлял желать лучшего. Или я просто его раздражала в принципе. А, может, и то, и другое вместе.

— Майя, расскажи всё как можно подробнее, — мягко подбодрила меня Ангелина после сухого приветствия с Леонидом.

Старательно припоминая детали, я повторила свой рассказ о похищении, затем о том, как мы оба с Фёдором оказались в плену, и о моём побеге.

— Нужно как можно скорее съездить на место и снять метки, и тогда можно будет попытаться отыскать след...

— Что за детский лепет, — раздражённо оборвал меня он. — Ты не имеешь ни малейшего представления, какой объём энергозатрат требуется на такого рода манипуляции. Кроме того, какие у Совета основания для чтения следа и проникновения на территорию частной собственности? Главы Рода Лютичей, на минуточку.

Я уже отрыла рот для того, чтобы возразить, но Леонид жестом остановил меня.

— Твоё слово против слова главы Рода.

— То, что он Федьку у себя в доме удерживает, этого не достаточно? Нужно что-нибудь весомее? Чтобы его прибили? — возмутилась я. — А разводить демагогию и подсчитывать энергозатраты, когда дело до настоящей беды дошло, — просто беспредельный цинизм, — со злостью припечатала я.

— Выбирай выражения, — он бросил на меня злой взгляд. — Вся эта история о кровавости отдаёт истерическим пересказом сплетен о Лютичах и самолюбованием. Но даже если в этом есть доля правды, то на кой чёрт ты ему сдалась в принципе?

— Да при чём здесь это?! Главное — Федя у него, и нужно его спасти.

Серебров помолчал.

— Мне нужно подумать — отвечу завтра.

— Но завтра может быть уже поздно!

— Я всё сказал, — он поднялся со стула, намекая таким образом, что аудиенция окончена.

Вот оно — хвалённое покровительство Рода. Никому Федька не нужен, и плевать, что там лопочет сопливая выскочка, так сам Леонид недавно меня именовал. Тем более не из рода Дреговичей.

Я просто не могла поверить в услышанное. И продолжала стоять и тупо пялиться на Леонида, так ничего больше и не вымолвив. Он тем временем, подошёл к окну, шаги и другие шорохи гулко отзывались эхом в большом зале. Скрестил руки на груди и принялся мрачно озирать внутренний двор.