Мой Пилигрим

Помещения здания закрыты, одна приемная комната осталась на ночь «жилой», и Миша уже накрыл себе стол – не лучшего вида сало, хлеб и бутылка дешевого красного. Все равно – гурман. Ни браги, ни чеснока, ни другой вонючей закуски. Один на один с могильщиком я опасности не чувствовала, пусть на здравый ум – приперлась на отшиб города, к мужику, засела с ним в одной каморке, плюс выпивка, плюс вокруг ни одной живой души, только покойники. Этот Миша, по идее, может по праву сильного со мной что хочет делать.

— А трупы в здании есть?

— Есть один. В покойницкой. Знакомиться-то будем? А то ты ведь мне так и не представилась.

— Тио.

За следующие два часа я узнала, что Миша на кладбище работает давно, у него есть жена, двое маленьких дочерей, живет он в Трущобном и хочет вернуться в мебельщики, потому что умеет столярить, но пока не срастается со своей мастерской, а в чужие не берут, - пьющий типа. «Денег у людей нет» - итожил он, объясняя, что не до жиру людям, чинят и латают старье, а до роскошеств вроде новой мебели на заказ, далеко.

Я ничего не возражала, и не поддакивала, слушала молча. Наши «Три шкуры» как раз исключение, и работа была потому, что мы Золотой район снабжали кожаными изделиями – от перчаток, кошельков и чехлов для очков, до обтяжек диванов, панно и прочей заморочки под старину, вроде фляжек и колчанов для стрел. Скучно им, развлекаются как могут, в том числе и игрой в средневековье.

Как время подвело к десяти вечера, Миша спросил:

— Так зачем тебе колдун-то? — И с неодобрением: — Хочешь душу продать за то, чтобы от уродства избавил?

— Чего-чего? — Я серьезно нахмурилась и недовольно сказала: — Сам урод. Шрамы меня украшают, даже если кто мне за просто так предложит от них избавиться, ни за что не соглашусь.

— Ну, извини. Тогда зачем?

— А затем, что я тоже колдунья, понял? Пара на пару хочу вместе с ним со Слугами бороться.

— Точно знаешь? Откуда?

— По глазам поняла. Я ведь его, как тебя сейчас видела, и могу тебе точно сказать – да, он не простой смертный, но все-таки человек. И защитник, а не захватчик. Так что с кровавыми историями лучше завязывай, нечего ему чернить репутацию.

— И как же ты подобралась к нему? — Миша как-то засомневался. — Я вот лица не видел, пятнышко белое издалека – вот и все.