Фанатка

Я снова посмотрел на арену, сияющую невиданным заревом. Вот оно пошло на убыль и исчезло. Оставляя на песке обнаженное тело девушки, укрытое чёрными волосами.

Никита исчез.

Глава 16 Марта

В ту ночь я лежала на кровати без сна и вспоминала картину, развернувшуюся перед глазами, когда я вошла в кабинет.

Некогда совершенное лицо было похоже на шматок отбитого мяса. Нежная гладкая кожа стёрлась под буграми дыбившихся отеков всех оттенков алого, от нежно-кораллового до налитого рубинового. Изящные разрезы глаз покосило наплывами, ресницы склеились.

Я коснулась его лица — тело начинало медленно выстывать.

Через несколько часов Филипп уже снова улыбался мне своей обворожительной улыбкой, и можно было подумать, что ничего не случилось. Я улыбалась в ответ и тоже представляла, что ничего не произошло, пока длился наш с Филиппом ужин.

Вернувшись к себе, я долго сидела на стуле, глядя в окно. Снаружи давно стемнело, уже должны были засиять звёзды. Их я не видела. Как не видела ничего перед собой, кроме изуродованного лица.

Друзья Филиппа держались неплохо. В первую неделю после случившегося в их взглядах открыто читалось напряжение. Но, глядя на то, как беспечно улыбается их ни о чём не подозреваюший друг, следы натянутости стали медленно истаивать с высоких лбов и юношеских губ.

Через месяц все они могли дышать свободнее, но это не означало, что они позабыли. Верные своему слову, они не оставляли Филиппа без пригляда, окружая его излишней заботой, будто наседки. Филипп замечал эти странности и шутливо язвил.

Со мной они не разговаривали. Не разговаривали, пока Филипп не объявил, что я лишилась разума, решив идти на состязание стихийников. Все быстро смекнули о причине моего внезапно проснувшегося интереса и принялись подходить поочерёдно, рассчитывая раскрыть мне глаза на безумную затею.

Их аргументы были предсказуемы: я девушка, у меня средний потенциал, я только на четвёртом курсе. Мне предрекали быть растерзанной в первом же этапе. В этом доводы ребят не отличались от критики Филиппа.

Но, в отличие от него, они точно знали, за кем я иду и потому пытались объяснить мне — наивной дурёхе — всю глупость моей затеи. Вероятность попасть в дуэль с Никитой минимальная, увещевал меня Григорий.