Фанатка

Марта явно не ожидала меня увидеть, но, как я и рассчитывал, не прогнала. Никакого социального самоубийства не предполагалось — все были на балу и можно было вполне рассчитывать на пару спокойных часов.

Переступив порог её комнаты, я почувствовал первые признаки паралича. На первый взгляд я очутился в логове ведьмы. Небольшом, уютном, чёрном, забитом сушеными и толчёными трупами. Присмотрелся — и выдохнул.

Выглядело угрожающе, но явно не имело отношения к реальности. Многим из этой ерунды пугала меня старшая сестра в детстве.

Как ни странно, один действительно интересный предмет в комнате Марты всё же имелся. Это была книга, которую она читала.

Я уловил признаки замешательства, но списал это на то, что она могла чувствовать себя неуютно наедине с парнем. Правда, этим парнем был я, поэтому всё же думал, обойдётся. Предложил уйти — смущать или расстраивать её совсем не хотелось.

Но когда она подняла книгу и я мельком увидел, что написано на обложке, то понял: она не была уверена, стоило ли мне показывать своё чтиво. Наверное решив, что я не придам особого значения фолианту — мало ли что читали маги огня, да ещё такие необычные, как Марта, — она раскрыла книгу; а, может быть, подумала, что суетой только вызовет ненужное внимание.

Задвинув мысль о книге подальше, я постарался отрешиться от всего и углубиться в собственное чтение. Вечер должен был пройти, как я и запланировал, об остальном подумаю позже.

— Как собираешься провести каникулы? — спросил я, чувствуя, что отведённое время подходит к концу.

— Останусь здесь и буду учиться.

— Далеко живешь?

— Почти три недели пути.

— Ого, приличное расстояние.

— За каникулы даже до дома добраться не успею.

На зимние каникулы отводилась неделя. Студент был вправе потратить свободное время по собственному разумению: мог остаться в замке или отбыть домой.

— Чем займешься ты? Вернёшься в столицу?

— Да. Отец настаивает, чтобы вся семья проводила время вместе хотя бы дважды в год. Зимой мы собираемся в фамильном особняке.

«Ну это ты, наверное, и так знаешь», — подумал я.

— А летом?

— Лето каждый проводит, где хочет, но на одну неделю все мы обязаны явиться в загородное поместье. Отец строг.

— Мой тоже, — понимающе кивнула Марта.

— Вряд ли строже моего.

— Поверь, такое вполне может быть.