Иридий. Про них шептался космос

— Бак, я хочу от тебя ребенка!

Та-а-ак, а вот такая наглость мне не по душе.

Я бросаю тяжелый взгляд на кудахтающих от восторга фанаток и, пользуясь моментом, прижимаюсь к крепкому телу любимого мужчины, сигнализируя наглым девицам, что Стальной Кулак мой и только мой.

Рука Бака тут же немного сползает с талии вниз и обосновывается на моей правой ягодице, давая понять всем, что никто не имеет право посягать на его женщину.

Я украдкой кидаю на Бака влюбленный взгляд и улыбаюсь еще шире.

Как же мы с ним похожи!

После неожиданной фотосессии у дверей мы проходим вглубь небольшого ресторанчика и занимаем наш любимый столик в самом центре на виду у всего зала.

— Рокси Тайлз!

Откуда-то из глубин служебных помещений выходит хозяин ресторана. Мы обмениваемся любезностями, после чего мужчина с неожиданной галантностью берет мою руку.

— Окс, как же я рад видеть вас живой и здоровой! — Его губы легко касаются моих пальцев в старомодном приветствии. — Не завидую неудачнику, посмевшему напасть на столь прекрасное создание, — добавляет он.

Бак ухмыляется, недвусмысленно сжимает свой кулак и выразительно крутит им в воздухе.

— Жду не дождусь личной встречи с этим уродом…

Мужчины обмениваются понимающими полуулыбками, после чего хозяин ресторана спешно покидает наше общество, сославшись на великую занятость.

Та-а-ак… И что же задумал мой мужчина?

Хотя меня и мучает любопытство, я дожидаюсь, пока мы оба устроимся друг напротив друга, сделаем заказ, и только после первого крохотного глотка розового игристого грозно сдвигаю брови.

— Милый…

— Да, красавица? — тут же откликается Бак, уже почуяв неладное.

Я испытующе смотрю в любимые глаза.

— Ты ничего не забыл?

Бак картинно хлопает себя по лбу и активирует сенсор на массивном браслете КПК.

— Так… — задумчиво выдыхает он, водя пальцем по голограмме календаря. — Годовщина? Еще рано… Встреча с твоей мамой? Вроде назначили на конец месяца…

— Милый, — ласково мурлычу я.

Пользуясь тем, что скатерти здесь длинные, я осторожно снимаю туфельку и игриво касаюсь его коленки. Бак невероятно сексуально облизывает губы и улыбается, чем вызывает у меня прилив эндорфинов.

Мой лапуля… И почему в рейтинге самых жестоких бойцов ему дали первое место?

— И о чем я забыл сказать своей красавице? — включается в игру Бак.

Он накрывает мою ладонь, свободно лежащую на краю стола, и подносит к губам.