Укради мою любовь

— Решил удостовериться, что моего отца действительно закопают?

— Горсть земли на его могилу я брошу, — подтвердил Коста. — От чего он умер?

— Не твое дело.

— Поговаривают, его укатала молодая женушка, — с нарочитой ехидцей произнес Коста. — Где она? Любопытно взглянуть.

Говард посопел, пристально глядя на него маленькими глазками.

— Уехала, — ответил он. — Хоть это тоже не твое дело.

— Разумеется, — подтвердил Коста, почувствовав болезненный укол разочарования.

Ему хотелось увидеть ее еще раз, рассмотреть при дневном свете, переброситься парой слов.

— Но все же это немного странно — не остаться до похорон, — заметил он.

— Представь, что бы ее ждало, — пожал плечами Говард. — Все бы только о ней и шептались.

— Значит, так горяча?

— Обычная, — равнодушно солгал тот.

Вот уж какой Коста не назвал бы Лисичку, так это обычной. Очаровательная, смелая, бесшабашная. А стоило вспомнить ее тихие стоны, как тут же хотелось заключить с ней еще одну сделку. Все равно на каких условиях, лишь бы вновь почувствовать вкус ее губ.

— Не в ней там дело, — продолжил Говард. —  Возраст, выпивка… Слушай, эль Брао, раз уж ты приперся… Я не хочу продолжать вражду между нашими семьями. Я уже толком не помню, из-за чего все началось.

— Из-за того, что мой прапрадед соблазнил твою прапрабабку, — с готовностью ответил Коста. — А твой прапрадед увидел в том оскорбление.

— И был прав, — сердито заметил Говард, но, выдохнув, добавил. — Дела давно минувших дней.

— Так и есть, — согласился Коста.

— Не знаешь, кстати, куда мог подеваться наш фамильный кулон? — спросил Говард. — Из-за него еще был спор…

— Наш фамильный кулон, — исправил его Коста, сделав ударение на первом слове. — Надо бережнее относиться к таким вещам. А куда, ты сказал, отправилась вдовушка твоего папаши?

— А я и не говорил, — ответил Говард, подозрительно прищурившись.

— Откуда? Меня ведь не пригласили на свадьбу. Очень не по-добрососедски. Из какого она рода?

— Сказал же — обычная, — буркнул Говард. — Чего привязался?

— Мне и правда интересно, — протянул он, — кто сумел загнать в могилу старого Доксвелла, который, как говорят, не брезговал темной магией.

— Проваливай, — выплюнул тот. — И не смей подходить к могиле моего отца.

— Как скажешь, Гови.