Коронованные Судьбой

Едва Фир неспеша шагнула на мраморный пол, как двери захлопнулись за ними, и она почувствовала, как ее голова начала кружиться, а легкие гореть.

В замке не было воды. Внезапная слабость в ногах заставила Фир упасть на колени и громко закашляться. Вся вода вперемешку с кровью, еще мгновение так просто находящаяся в ее теле, сейчас фонтаном вырывалась наружу.

В глазах потемнело, и она почувствовала, как теряет сознание, погружаясь в беспросветную тьму.

Прошло всего несколько секунд, и Фир удалось наконец-то сделать глубокий вдох.

Еще пару мгновений, и Фир пронзила дурманящая боль. Видимо, она сильно ударилась головой, когда упала без сознания.

— Мирта, dia avate, ivre a se grin, — раздался где-то вдали приближающийся нежный голос. Сладкий и приятный, как теплое молоко. Голос приблизился, когда Фир наконец-то собралась с силами, чтоб открыть глаза.

— Эретрина! Ma sereni! — воскликнула девушка, наклоняясь, чтоб помочь Фир привстать.

Ее мокрые волосы прилипли к лицу неприятными холодными лозами, обрамляя едва заметно вздымающуюся грудь.

Ручейки холодной воды неприятно покалывали тело, когда Фир наконец-то удалось рассмотреть склонившуюся над ней женщину.

Ее прекрасное лицо пронзило удивление вперемешку с беспокойством.

— Лорелей, se ne a Эретрина, se ella rena — Фирида, — проговорила Мирта, брезгливо наблюдая за Фир, лежащей в луже воды и крови, которую мгновение назад она выблевала из себя.

Мирта выглядела как всегда идеально: на ее одежде не было даже намека на то, что она только что была в воде.

Волосы рассыпались на ее плечах нежными локонами и сверкали на свете, как слитки белого золота.

— Фирида?! — в глазах женщины мелькнуло удивление и странная, давняя боль.

Сморгнув с глаз пелену, Фир наконец-то смогла рассмотреть женщину.

Ее черные, как сама ночь, волосы, были заплетены в длинную косу, достающую до пояса, а глаза… Фир сосредоточила свое внимание на ее глазах. Они были красными, словно поминальные костры, которые разжигались раз в год в память о погибших.

На голове женщины сверкала небольшая диадема. Но то, что поражало Фир больше всего в женщине — ноги. У нее были ноги. А в замке не было воды.

Ее мысленный список все пополнялся и пополнялся.

Видимо, в глазах Фир женщина увидела страх, поэтому она быстро протянула ей руку, и на ее лице появилось смущение.

— Прости, — прошептала женщина, пряча свои длинные клыки, которых Фир сразу не заметила.