Прощальный танец

— Бастарды для знатных особ всегда такая морока, — раздалось за её спиной. Шанталь вздрогнула и резко обернулась. Агни Аулус подошёл к парапету и с любопытством начал рассматривать красоты расстилающегося внизу Шат-лирума. Столица эльфов была особенно хороша в зимний сезон, когда яркое солнце, купающееся в лазурной синеве, высвечивало лишь верхушки нависающих облаков, отчего казалось, что город окружён массивными горными хребтами. В детстве Шанталь нравилось наблюдать за их неспешным движением и изменчивой формой.

— В тронном зале слишком душно и шумно, — как бы невзначай заметил Аулус.

Шанталь отступила в сторону, тем самым увеличивая между ними дистанцию. Отвечать что-либо она не стала: все вежливые полагающиеся слова были уже произнесены при встрече важных гостей, а начинать светскую беседу ей не хотелось. Следовало бы незамедлительно уйти, но новая фраза, брошенная демоном, заставила её ноги буквально врасти в каменную плитку.

— Вы уже решили судьбу вашего скрываемого полукровки?

Застыв, как изваяние, она настолько оказалась шокирована, что не сразу смогла говорить.

— Отдадите отцу? Или же будете искать верных людей и воспитывать втайне? — тем временем всё так же невозмутимо поинтересовался Аулус.

— Вы что-то путаете, агни. О каком полукровке идёт речь? — нервно покосившись в сторону двери, холодно спросила она.

— Не беспокойтесь, меня никто не видел, да и я здесь не для того, чтобы в чём-то вас уличить и устроить скандал.

— Тогда к чему все эти провокационные намёки? — настороженно переспросила Шанталь.

— Думал сделать вам любопытное предложение. — Красивое лицо Аулуса озарила лукавая улыбка. Дождавшись к себе безраздельного внимания, демон продолжил: — Как вы знаете, до недавнего времени моим помощником был полукровка Филипп Данье. Наблюдая за ним и поинтересовавшись его детством, меня весьма опечалили судьбы эльфийских бастардов. Никому из них, пожалуй, кроме самого Филиппа, не удалось достичь чего-то значимого, проявить себя и свои способности.

— Хотите сказать, у моего малыша нет будущего? — Как бы не пыталась Шанталь говорить отстранённо, но в горле, словно назло, застыл ком. — Я и сама это прекрасно понимаю. Будет уже чудо, если он сумеет выжить. Моя жизнь и жизнь его отца теперь тоже под угрозой.