Когда плачут драконы

В душе затеплилась надежда не только на то, что рано или поздно Ана с Хедином смогут общаться, не меча друг в друга молнии и не пытаясь выжечь гневом все вокруг, и Вилхе был этому бесконечно рад.

Единственной, кто омрачал его сегодняшнее торжество, была Кайя. В голове раз за разом вставал ее образ: чуть смущенная, с порозовевшими щеками, она прятала глаза за тяжелыми ресницами, а на лице у нее было написано лукавство и манящая теплота. Кайя почему-то напоминала Вилхе мать: в них обеих не было ни яркой красоты, ни женской притягательности, зато чувствовалась умиротворяющая заботливость и волнующая нежность.

Он никогда не обращал на девчат особого внимания, хотя иногда и замечал на себе заинтересованные и даже призывные взгляды. Но душа не отзывалась, а тело Вилхе быстро усмирял: не до сердечных дел ему нынче было. Чьи-то судьбы зависели от его действий, и Вилхе не имел права растрачивать собственные силы на развлечения.

Вот только Кайя не была развлечением. Ни раньше, когда казалась запуганным беспомощным ребенком, ни теперь, когда вдруг явила себя отважной и сообразительной девушкой. Вилхе всегда было приятно ее общество, но до сих пор он не задумывался, что станет с ним, если Кайя вдруг исчезнет из его жизни. Если полюбит какого-нибудь парня, станет проводить свободное время с ним, и смотреть – кротко и восхищенно – на него, а не на Вилхе, и улыбаться – тепло и ласково – другому, и позволять тому прикасаться к себе, а потом целовать, даря ему свое дыхание, свою верность, свои…

Вилхе зажмурился от накатившей в мгновение ока непроглядной тоски и не заметил, как ему наперерез бросилась упитанная девчонка в капюшоне поверх рыжих кудрей.

– Это просто подло, Вилхе! – со смесью обиды и бешенства выговорила она.

Вилхе опешил. Он уже не помнил, когда в последний раз общался с Беатой. Как бы он мог перед ней провиниться? И главное – в чем?

– Не хочешь объяснить? – напрямик спросил он. Даже если у Беаты были основания для подобного тона, Вилхе предпочитал не ходить вокруг да около.

Как оказалось, то же самое предпочитала и Беата.

– Вы драконьих детенышей из плена выручаете! – отрезала она.