Когда плачут драконы

Ойра – на серебряную птицу…

– …с кинжалами вместо перьев и тонущими в дымке крыльями, – скептически кивнул Арве, а потом хмыкнул. – Именно такими их запомнили первые драконы и именно такое описание передают из поколения в поколение. Ничего нового.

– Только я не жила в Драконьей долине, – улыбнулась Джемма его недоверию. – И не слышала ваших сказаний. Зато я Божественную Триаду в Армелоне собственными глазами видела, когда они вернули к жизни Айлин и даровали новые крылья черному дракону.

Теперь уже Арве смотрел на нее так долго, что у Джеммы затекла шея и замерзли пальцы на руках.

– Когда я очнулся в горах, заваленный снегом так, что едва мог дышать, и не помнивший ничего, кроме имен Создателей, я из последних сил молил их о спасении! Но услышала меня вовсе не Триада, а четверо мальчишек. Они вытащили меня из этой ловушки, рискуя собственными жизнями, а потом выходили, обмороженного и не умеющего говорить по-человечески.

Джемма прыснула, не понимая, как можно не замечать столь очевидного.

– Ты действительно думаешь, что они тебя тогда не услышали?

Арве вздрогнул. Джемма пожала плечами.

– Мне кажется, для каждого из нас у Создателей припасено чудо, да, может быть, и не одно, – продолжила она. – Просто кто-то увидит это чудо, а кто-то пройдет мимо, решив, что боги от него отвернулись.

– По-твоему выходит, что встреча с вашей компанией для меня как раз такое чудо и есть? – усмехнулся Арве. Он явно так и не решил, как ему относиться к новой знакомой. Прощупывал почву, но при этом старался не сплоховать.

Джемма в ответ довольно улыбнулась.

– Я бы, пожалуй, чудом считаться не отказалась, – кокетливо ответила она. Арве еще секунду раздумывал, потом полез за пазуху и вытащил оттуда берестяной пакет со сладостями.

– Угощайся, – без всякого вызова предложил он.

Глава девятая: Толстуха

Вилхе шел к Кедде в приподнятом настроении, и тому было сразу несколько причин. Во-первых, они только что отлично поговорили с Хедином, обсудив все скользкие моменты и пообещав друг другу впредь всеми силами избегать непонимания. Во-вторых, на этом разговоре настояла Ана – та самая Ана, которая вроде как должна была ненавидеть Хедина и желать ему каких-либо благ не раньше конца света.