Когда плачут драконы

Вилхе научил его обращаться с человеческими инструментами, а его отец, брат и друзья с удовольствием помогли со строительством. И к весне у Кедде уже было готово собственное жилье. Пусть небольшое: всего столовая с печкой и комната для сна, зато свое. И, конечно, именно оно и стало их с Вилхе штабом.

– Совсем дурак?! – тут же возмутилась Джемма. – Мама дала слово, что никогда больше не причинит вреда драконам! Тебе ли, Кедде, в этом сомневаться?

Упрек был более чем справедлив. Нетелл позаботилась обо всех драконышах, освобожденных Вилхе и Кайей от ее братьев, и ничего не попросила взамен.

Ночами не спала, ухаживая за детьми в госпитале, пока сама не свалилась от переутомления. Тут уж Кеола, первой из всех восстановившая силы, напросилась ей в помощницы, а потом и вовсе захотела остаться, почувствовав в Нетелл родственную душу, несмотря на пятнадцатилетнюю разницу в возрасте.

С тех пор никто не слышал о том, чтобы люди снова смогли подчинить себе дракона. Да и Джемма, наученная горьким опытом, вряд ли отдала бы столь необходимую для подобного снадобья кровь.

Так что обвинение Кедде звучало весьма голословно. Вот только он уже закусил удила.

– Человеческое слово, – фыркнул Кедде. – Много ли оно значит?

– Не меньше, чем драконье, уж поверь! – раздраженнее, чем хотел, сказал Вилхе, не давая Джемме повода разругаться со старшим товарищем. Он, признаться, поначалу сам был готов грешить на Нетелл, но, увидев сверкающие справедливой яростью почти багровые глаза Джеммы, уверился в том, что не прав. Нетелл на самом деле стремилась исправить прошлые ошибки и на самом деле любила Джемму.

А потому не могла рисковать ее жизнью ради сиюминутной выгоды. Или Вилхе совсем ничего не понимал в людях.

– Да ладно! – в тон ему фыркнул Кедде: он, испытавший на себе всю прелесть подчинения человеку, от одной мысли о новом подобном преступлении вскипал почище лавы в вулкане. – А напомни мне тогда, какая такая расплата грозит вашему брату за нарушенное обещание? Быть может, его тут же карающая десница Энды по земле размажет? Или Ойра пожизненное проклятие нашлет? Или Ивон?.

.

– Мама никогда меня не обманет! – медленно и очень упрямо проговорила Джемма и исподлобья посмотрела на Кедде, предупреждая о возможной грозе и давая ему шанс остановиться. Но Кедде не захотел им воспользоваться. Унижение, гнев, боль – все пережитое в неволе и особенно последние дни у братьев Нетелл – навалилось разом, разжигая в душе настоящую драконью ненависть.

– Уверена? – недобро усмехнулся он.