Когда плачут драконы

Могучие рога покрылись многовековыми наростами. Скрюченные пальцы были изувечены на сгибах узлами как еще одним признаком ветхости.

Ящер весьма несуразно смотрелся в своем обиталище, которое строил, вероятно, еще тогда, когда был в самом расцвете сил. Драконы, как и люди, росли примерно с четверть века, а в старости точно так же усыхали. Вот и этот ящер занимал теперь не больше пятой части гнезда, свернувшись совершенно по-детски калачиком и вызывая стойкое желание чем-нибудь его укрыть.

– Бабка Гудлейв, а бабка Гудлейв! – не слишком вежливо позвал спящего дракона Арве и совсем уж бесцеремонно полез в гнездо, таща за собой подругу.

Джемма в ужасе выдернула лапу, уверенная, что эта самая бабка, проснувшись, устроит незваным гостям соответствующий прием. Но та пошевелилась, потянулась и, даже не открывая глаз, радостно улыбнулась.

– Арве, – позвала она и с удовольствием втянула носом воздух, впитывая его запах. – Вернулся, значит, озорник? А я уж думала, совсем пропал малец.

– Я не малец! – тут же возмутился Арве, подавая Джемме знаки тоже залезть в гнездо.

Но Джемма только мотала головой и с трудом удерживала себя от трусливого бегства. Нет, она опасалась вовсе не физической расправы: если бабка способна встать на ноги в ее возрасте, уже хорошо. Но услышать от дракона вопрос, кто она такая…

– Да уж, наверное, раз подружку привел, – посуровела бабка и посмотрела на Джемму. Джемма вдохнула, ожидая приговора и желая немедленно раствориться в воздухе. – Красивая, – вынесла вердикт бабка, словно и не замечая ее смятения.

– Только не любит она тебя. Сразу предупреждаю, чтобы потом не пенял на старуху.

Арве фыркнул, едва не подпалив гнездо.

– Больно надо! – заявил он. – Она родителей ищет, а не жениха. Да и я… – тут он притих, отвернулся, сломал торчавшую из гнезда ветку, – тоже…

Бабка Гудлейв отвела взор от Джеммы и снова вперила его в Арве. Долго смотрела, но будто не видела. Ее веки чуть прикрылись, дыхание стало легким и размеренным, и Джемма, не дождавшись ответа, забралась наконец в гнездо поближе к товарищу.

– Она не заснула часом? – осторожно спросила она и только сейчас заметила, что старческую шею украшает некое подобие ожерелья из вздыбившейся и окостеневшей чешуи. Одно звено, однако, отсутствовало, являя собой неприятного вида провал почти возле бабкиной груди. Джемма хотела было уточнить у товарища, что это такое, но Арве качнул головой, отвечая на первый вопрос.

– Душу читает, – непонятно объяснил он.