Когда плачут драконы

А Кеола, как последняя идиотка, представляла себя на месте мальчишки. Вот бы взлететь вместе с Кедде к самому солнцу, там обняться, прижаться друг к другу крепко-крепко и забыть обо всем на свете! Узнать его ласку, ощутить его объятия, вспомнить его запах, увидеть близко-близко яркие синие глаза…

Глупые мечты!

Кедде почти восемнадцать. Очень скоро он обернется в своего дракона и не захочет обратно. Навсегда забудет дорогу в Армелон. И Кеолу, ставшую человеком. А она…

– Кеола? – его голос – удивленный и совсем незаметно взволнованный – прозвучал за спиной, вынудив вздрогнуть и замереть в ожидании.

Она оказалась совсем не готова к встрече. И подходящие слова привычно вылетели из головы, оставив там только приятную пустоту и необъяснимую надежду. – Что-то случилось? С Джеммой? С Нетелл?

Она замотала головой. Надо было собраться с силами, чтобы потом гордо вздернуть подбородок и посмотреть на Кедде с ощутимым превосходством. Пусть даже на самом деле она никогда его не испытывала.

– Еды вам с Харде принесла, – буркнула Кеола, злясь на себя за то, что придумать остроумный ответ никак не получалось. С деланой неохотой обернулась и замерла, как всегда, когда ловила на себе взгляд Кедде. – Нетелл велела узнать, как вам живется и не нужна ли какая помощь. Знает, что сам не сподобишься.

Кедде повел плечами. Он никак не рассчитывал увидеть возле своего дома Кеолу: в последнее время она, казалось, совсем забыла дорогу в эту сторону. Кедде отчаянно не хотел верить, что она его ненавидит, но поступки Кеолы раз за разом подтверждали слова Джеммы.

И ему оставалось только смириться. Даже если просыпаться по утрам с этой мыслью становилось уже почти невыносимо.

– Не сподоблюсь, – с заметным напряжением отозвался он, и Харде, кинув на Кеолу злой взор, прижался к его ноге, словно защищая. Кедде успокаивающе потрепал его по волосам. – У нее своих забот полно. А нам не привыкать в походных условиях жить. Мы же с Харде драконы.

Кеола резко выдохнула.

Он не знал, не знал, конечно, о ее проблемах, как и никто другой, иначе не стал бы бить в больное место. Это она заявила, что ненавидит драконов, вот он и хорохорится.

Лучший мальчишка на свете!

– Вот и я сказала, что вы тут не скучаете, – прищурилась Кеола, не позволяя слезам прорваться наружу. – Но помощницы, как видишь, проходу не дают. Еще бы, такой парень!

У Кедде стукнуло сердце, потому что на мгновение за ее язвительностью почудилась ревность.