Обманутые чувствами

Он лежал, приподнявшись на локте и обнимая меня за талию другой рукой. Казалось, Карен даже сейчас боялся меня отпустить, словно я могла исчезнуть. Он, не скрываясь, любовался мной.

— Доброе утро, Ада.

Карен убрал прядь, завитком упавшую мне на глаза, улыбнулся и потянулся дальше, пропустил волосы между пальцами. Я замерла, наслаждаясь воздушной нежностью. Карен провёл по моей щеке, словно возвращая вчерашнее.

Я протянула руку, и он поймал меня за пальцы, поцеловал каждый. Я отчётливо видела, что он не только дарит мне удовольствие, но и сам искренне наслаждается происходящим.

Да, Карен говорил, что ухаживание ему нравится не меньше, чем результат. Мысль о других женщинах, побывавших в его постели мелькнула и пропала. Разве ради них Карен возвращался? Разве добивался их согласия с таким упорством, даже упрямством? Разве предлагал стать женой?

Не выпуская моей руки, между быстрыми поцелуями, Карен спросил:

— Как себя чувствуешь?

— Голодной.

— Хорошо, значит, идёшь на поправку. Ада, я тебя очень прошу, не рискуй больше.

Я на секунду задумалась:

— Карен, а ты можешь пообещать мне тоже самое? Пообещай не рисковать своей жизнью, не подставляться под удары.

Наверное, он мог соврать, но Карен не стал. Он отпустил мою руку, прикусил губу. С минуту он всматривался в мои глаза и наконец признал:

— Нет, Ада, не могу.

— Я тоже не могу. Прости.

Карен нахмурился, но спорить и требовать не стал.

— Понимаешь, — мне показалось важным объяснить, — я рискую не потому что мне погеройствовать хочется. Совсем нет.

Я бы с радостью в безопасную щель забилась и там отсиделась, пока тихо не станет. Но я не могу. Я не смогу жить с последствиями своей трусости, знать, что я могла остановить беду и не остановила.

— Прям боевой маг.

— Я и мечтала стать боевым магом. Меня на вступительном…, — впервые вспоминать тот несчастливый эпизод было не больно, а просто неприятно. — Короче, выгнали меня с весёлым улюлюканьем, да так, что я сначала вообще ничего не хотела, потом собралась с силами и поступила в училище.

— Сочувствую.

— Не стоит, — возразила я. — Это было давно и уже неважно.

Карен вновь пропустил мои волосы между пальцами.

— Забавно… Я когда-то сказал, что ни за что не женюсь на коллеге. Судьба посмеялась — женюсь.

Приятно…

— Кстати, — я оживилась, — я хотела с тобой посоветоваться, — мы же семья, важные решения должны принимать сообща.

— Ада, организму нужны силы для восстановления. Давай поговорим за завтраком?

Упс. Карен, наверное, голоден не меньше.