Полюбить двуликого

Благоразумной! С этой просьбой Энжи уже опоздала! Айрис невесело хмыкнула, и перед глазами снова встали хижина в лесу, иней на деревьях и Брен, замерший напротив, жаждущий коснуться ее губ.

Сестра рассказывала, что умеет «замораживать» мгновение, чтобы рассматривать все детали. Айрис подумала, что тоже хочет так уметь, чтобы оно было прямо как настоящее… И пересматривать снова и снова, и не только видеть, но еще и чувствовать, как тогда.

Шла третья неделя с того дня. Айрис вышла на улицу, чтобы хоть чем-то себя занять и не терять настрой, не впадать снова в бессилие.

Морис напросился гулять и теперь беспокойно бегал рядом, нюхал, ловил ртом снежинки и снова возвращался к ней, безмерно довольный, что хозяйка готова с ним играть.

Они ушли ближе к лесу, Морис притащил палку и так вилял хвостом, умоляя швырнуть ее подальше, что Айрис рассмеялась.

– Ладно, держи!

Айрис замахнулась, но Морис залаял.

– Давай я, пусть порадуется.

Айрис, вздрогнув, повернулась и уставилась на Брена, который размахнулся, цокнул и со всей силы бросил палку к лесу – казалось, она долетит до верхушки дальней ели. Морис тут же сорвался с места и помчался, пытаясь догнать палку еще в воздухе.

– Брен, – прошептала Айрис, чувствуя, как расплывается в счастливой улыбке.

– У тебя красивый пес. Как зовут?

– Морис.

Брен улыбнулся, но выглядел плохо. Бледный, осунувшийся за это время, и в глазах застыло мрачное выражение.

– Где ты был?

Морис примчался обратно, бросил палку к ногам Брена, потянул носом воздух, но вел себя спокойно. «Брен – мой друг», – мысленно передала ему Айрис.

Брен снова бросил палку и наконец ответил:

– Было важное дело. Я думал, что вовсе не смогу больше прийти.

Айрис медленно кивнула, понимая, что не вправе требовать от него ничего.

Он взял за руку, опустив взгляд, и сказал:

– И мне нужна твоя помощь, – снова посмотрел коротко, но в самую душу.

– Спрятать тебя?

– В смысле? – удивился Брен и тут же догадался, что она имеет в виду. – А, нет. Не в этом дело. Ты сможешь пойти со мной в лес? Ранили одного зверя. Волка. Снова сильно. Не того, которого в тот раз, и я не могу оставить его умирать. Попался в ловушку охотников, я пытался спасти, как мог. Если ты не побоишься, конечно.

– Давно ранен?

– Нет, только вот.