Не всему верь что знаешь

Кроме того стеллажа, то есть «кровати», на которой она лежала (верхний ярус нар над ее головой не был занят ничьим телом), в помещении стояли три другие деревянные конструкции, также двухъярусные, и точно также нижняя часть их предназначалась для спанья, в то время как на верхних лежали вещи.

Впрочем, «мебели» следовало отдать должное: и стойки, и набитые на них бруски для щитов с матрасами, были не только струганными, но и покрыты лаком. То же самое можно было сказать и о столе, стоявшем в центре, с четырьмя табуретками вокруг, и едва ощутимый запашок, доносившийся из-под двери в углу, указывал, где находятся «удобства».

Запашок был слабо уловимым, и слава богу, никакая «химия» его не перебивала, так что дышать в помещении было можно без головной боли. Зато из другого угла доносился аромат, обещавший вышеупомянутый дефект атмосферы исправить – это был запах какого-то варева, и нужно было быть сильно оголодавшим, чтобы предполагаемое варево съесть.

Источником вышеупомянутого кулинарного шедевра служила кастрюля, стоявшая в противоположном от санузла углу на втиснутой там электрической плите с четырьмя конфорками.

К удивлению Сильвии, плита была вполне современной, с прозрачной верхней панелью из термостойкого стекла. На второй конфорке стоял чайник, уже горячий, что в совокупности с бульканьем, раздававшимся из кастрюли, свидетельствовало о приближении обеденного времени.

О том, что варево в кастрюле вряд ли было вкусным, красноречиво говорила и вскрытая банка самой дешевой тушенки марки «Главпродукт» – мясом то, что оттуда попало в суп, называть было трудно, оно даже на субпродукты не тянуло.

Кошки в доме у Кристины такое не ели. Банка стояла на крошечном металлическом столике, прилегавшим к плите почти впритык, предназначенном, по всей видимости, для пары небольших сковородок или стопки тарелок.

Впрочем, ни сковородок, ни тарелок на столике не обнаруживалось, а были три эмалированные миски разного цвета, вложенных одна в другую, и три эмалированных кружки, также не из одного комплекта.

Пространство за плитой и за столиком было облицовано черной глазурованной плитой размером 7 см на 15. Когда-то такую плитку называли «кабанчик», совершенно случайно Сильвия об этом знала. Плитки облицовки были несколько разного размера, поэтому швы между ними также были разной толщины, но в данном помещении это вовсе не казалось чужеродным – даже наоборот. Отсутствие окна было вполне красноречиво: помещение располагалось в подвале.