Связанные одной клятвой

В голове были тысячи мыслей, думала о том, как обыграть назначение Даррена, когда выкроить время и сходить с ним в храм, даже стало вдруг любопытно, а на кого он оставил своего гашира. И к моему великому стыду, ни одной мысли про Юстаса. Напрочь вылетел из головы, чего нельзя сказать о самом Филберте.

— О-ой, — Дарен проследил за моим взглядом, который я кинула в окно, когда экспресс почти остановился на платформе главного вокзала столицы. Оценил мой растерянный вид и рот, прикрытый ладошкой.

— Только не говори, что тот пижон с букетом твой жених, — он скривился, будто лимон проглотил.

— Эмерс-с-сон, — натурально зашипела я. — Что я ему скажу?

— Что я друг детства. Единственный и неповторимый. Ты меня увидела и решила пригласить в столицу. Потому что я специалист на вес золота, молодец-удалец.

— Шут ты гороховый… А если он догадается?

— Догадается о чем? — невинно спросил Даррен, лукаво улыбаясь. А потом склонился ниже и прошептал: — Мина, ты распаляешь мою фантазию.

Удовлетворившись полным спектром эмоций на моем лице: от паники до гнева, он продолжил как ни в чем не бывало:

— Мина, что за паника? Вот чего ты растерялась?

Я круто развернулась в узком проходе, выставив указательный палец как оружие.

— Юстас не знает об этой всей истории с клятвой.

— Об этом не трудно догадаться, — хмыкнул Эмерсон в ответ.

— И я не хочу, чтобы он узнал. Ты понял?

— Да как скажешь, мы же договорились. Ну все, иди уже, а то мы так точно вызовем подозрения.

Я снова повернулась к выходу, небрежно бросив через плечо:

— Не было у тебя никакой мыши в детстве. Прекрати ерничать.

— А вот и была. До тебя, — Даррен выждал театральную паузу, но я старалась не реагировать на его детские дразнилки. — Кстати, мне жить негде.

Я опять резко остановилась и возмущенно оглянулась на Эмерсона, груженого нашими вещами. Сзади раздались негодующие возгласы пытающихся пройти на выход пассажиров.

— Я обзвоню все гостиницы, думаю, найдем свободное место.

— Гостиницы в Альтане? Перед праздником перевоплощения? Эм, ну если ты за меня заплатишь тройной тариф, я, конечно, не прочь. Я думал, у тебя поживу. — Думал он… Правда наивный такой или притворяется?

— Ты совсем ополоумел? В принципе кого я спрашиваю. Ты и наглость синонимы. А вот почему тебе не пришла мысль, что я живу у своего жениха?

Высказалась и демонстративно отвернулась.