Мое прекрасное чудовище

— Вы уверены, что привезли мне ту самую девушку? — спросил он столь ледяным тоном, что даже суровый Хайн изменился в лице.

— Она самая, мой господин. Леди Киара Лавон.

— Вы хотите сказать, что ее так украсило счастье стать моей любовницей? — ядовито полюбопытствовал лорд Райен. Прошел мимо меня и устроился в кресле. — Очень интересно. А что вы скажете, леди?

Как странно. Мне показалось, что лорд не желает называть меня по имени. Словно обезличивает само мое существование. Ах, ну да, я всего лишь любовница, девушка, недостойная даже того, чтобы произносить ее имя.

Кажется, от такой мысли мои щеки заалели даже сквозь толстый слой пудры. А может, для шаенов все девушки человеческой расы не достойны какой‑либо чести? Тоже мало приятно.

— Молчите? — холодно спросил лорд Райен. И тут же добавил: — Правильно делаете. Я не люблю, когда много говорят.

Я вспыхнула до корней волос. То есть он сейчас прямым текстом сказал, что у меня ни чести, ни достоинства?

— А вы как думали? — словно прочитав мои мысли, презрительно выдавил он. — Вряд ли девушка, имеющая хоть капельку уважения к себе, стояла бы сейчас здесь.

«Молчать, мне бы сейчас сдержаться. Хоть чуть‑чуть».

— Вряд ли хоть один уважающий себя лорд позволил бы себе поставить девушку в такое положение, при котором у нее нет выбора.

«Ага, промолчать не вышло».

Минуту меня прожигали взглядом. Лорд Хайн придвинулся ближе ко мне, будто пытаясь хоть как‑то защитить, если вдруг возникнет внезапная необходимость.

Молчание затянулось, создавая в воздухе осязаемое ощущение опасности. Все разрядилось насмешливо‑заинтересованным:

— То есть это вы меня сейчас обвинили в недостойном отношении к вам?

— А вы считаете его достойным?..

— Молчите, леди Киара! — глухим шепотом донеслось сказанное лордом Хайном.

Молчать? Меня мало того, что продали, так еще и пытаются унизить, смешать с грязью! Какое счастье, что мой отец этого не видит.

— Уходя из дома, где меня продали как вещь, я считала, что худшего отношения быть не может. Увы, я ошиблась. Вы мало отличаетесь от человека, продавшего меня.

Искорки в глубине глаз господина заметались в неистовом бешенстве. Я не смелая, далеко‑далеко не смелая. А, судя по всему, еще и глупая.