В плену его демонов

В одной из старых баллад пелось, что именно после приступов приходит дар. Тогда простой человек становится охотником. Сильным, ловким и быстрым. Ему не нужны крылья, чтобы летать. Не нужны жабры, чтобы дышать под водой. Он быстрее ветра и тише ночи.

Я долго ждала, что вот-вот у меня откроются силы или еще какие способности, но… приступы проходили, а способности так и не открывались. Скорее всего, мои приступы имели отношение к неизлечимой болезни головы. Их тем более стоило скрывать от семьи.

Отец бросился на помощь, когда я упала на пол, рассыпав бирки.

Зря я надеялась, что отец промолчит или не будет связывать приступ с даром. Он сразу же выбежал на улицу, громко оповещая соседей, что его дочь — не простая девчонка, а самая настоящая охотница!

Очень скоро вся улица до центральной площади знала о моем даре. Это я хотела сохранить все в тайне и не менять устоявшуюся жизнь, а для семьи, для каждого жителя городка лично знать охотницу — великая честь.

Я пришла в себя слишком поздно. Уже послали за служителем в храм.

— Пап, как это выглядит? У меня чернеют глаза? — допытывалась я у отца, надеясь найти опровержения дара.

— Я видел охотников, дочка. Их выдают глаза. Но твои глаза заволокло белесым туманом, все стало белым, как единое сплошное бельмо!

— Но у охотников черные глаза, — озадачилась я. — Может, ты поспешил? Может, я не охотник?

— Пусть на тебя посмотрит служитель. Он и решит.

Служитель поговорил со мной и с отцом, кивнул и ушел, чтобы вернуться с повозкой, запряженной лошадью.

Саквояж уже был собран. Я выпросила время на сборы и отдельно сложила котомку с травами, перевязав каждый пучок бечевкой и завернув в бумагу.

Мама плакала и обнимала меня. Отец держался, ведь провожать меня собрался весь город. Он обнял в последний раз и вложил в ладонь три монеты.

— Если сможешь, дай о себе весточку, Аннушка. Нам тебя будет не хватать.

Но разревелась я, когда вышла бабуля с толстой тетрадкой, которую начала заполнять еще ее мать.

— Я верю, что тебе она пригодится больше, чем мне на том свете. Ты моя светлая головушка. Береги себя. И меня не забывай.

Я уезжала с заплаканными глазами, зная, что больше никогда не увижу бабулю, что братья и сестра вырастут без меня, что я осталась без семьи, а семья навсегда лишилась меня…

Служитель забрал саквояж, посадил меня в повозку и запер дверцу.